– Петь, сколько раз тебе повторять? Эти коробки – для соседских детей, а эти – для наших! Не путай! – Галина Петровна ловко утирала руки о передник, бросая быстрые взгляды то на мужа, то на часы.
– Галя, да запомнил я! – Петр Николаевич, тяжело поднявшись с дивана, грузно потянулся к коробкам. – У меня что, склероз?
– А то! – буркнула она и тут же добавила: – Только осторожнее. Если опять всё перепутаешь, как в прошлый раз…
– Да ну тебя, жена, – ворчливо перебил он, подхватил коробку и направился к двери. – Всё будет в лучшем виде.
Галина Петровна проводила мужа взглядом, полный сомнений, и тут же схватилась за телефон. Сёстры не звонили неделями, но стоило только запахнуть праздником, как Людмила Сергеевна с привычным драматизмом заявила: «Я еду».
– Галя, ты где? – раздался звонкий голос из трубки.
– Здесь, Люда, я всё слышу. Зачем едешь-то? Я ж сказала: не звала никого! Нам тут и так тесно будет, – Галина судорожно теребила телефонный шнур, едва сдерживая раздражение.
– Что значит «не звала»? Мы – семья! Как ты можешь? Ты должна была встретить меня с вокзала! Уже в пути, так что готовь комнату!
»И почему я так сразу не догадалась?» – подумала Галина, прикрыв глаза. Она только открыла рот, чтобы что-то ответить, но вместо слов из динамика донеслись короткие гудки. Людмила всегда любила ставить точку первой.
На кухне раздавался шум посуды, запахи свежих пирогов и жаркого клубились, будто упрекая Галину за нервозность. Неожиданно дверь с громким стуком распахнулась, и на пороге возник сосед Аркадий Иванович, с неизменной своей шапкой и слегка виноватой улыбкой.
– Галя, милая! Позвольте присоединиться! – громогласно объявил он, втиснувшись в прихожую. – У меня тут электрика коротит, а у вас как раз праздник – подоспел, как говорится.
– Аркаша, вы хоть предупреждайте! – вспыхнула Галина, не зная, куда спрятать расстроенный вид. – У нас своих хлопот по горло.
– Да что вы, мне много не надо. Прямо у порога в уголочке постою – и ладно. К тому же шампанского вашего попробую. Соседское ведь – оно как-то вкуснее, – подмигнул он, снимая старую шапку.
Когда Петр вернулся, его встретил слегка напряжённый дом. В одной комнате возмущённо вещала Людмила Сергеевна, раскладывая баулы. В другой – Аркадий Иванович, уже успевший развалиться в кресле с неизменной улыбкой и монологом о советских временах. Галина металась между кухней и гостиной, в глазах её застыло немое: «Почему именно сегодня?»
– Всё доставил, Галя, – бодро начал Петр, размахивая пустыми руками. – Вот только одну коробку для Люды случайно оставил соседскому ребёнку…
– Что?! – Галина мгновенно застыла на месте, как будто её ударило током. – Какую ещё коробку? Для Люды?! Ты что наделал?!
– Да ну… ерунда же. Кто разберёт, что где? Там же всё одинаково упаковано…
– О-о, милый мой муженёк, ты снова всё испортил, – с ядовитой улыбкой добавила Людмила, входя в гостиную. – А вы говорите: семья – это тепло. Вот и видно, кто как старается!
Галина в очередной раз вдохнула глубже и тут же принялась за дело, сдерживая гнев. Новый год только начинался, а конфуз – уже здесь, стучит в дверь.
***
– Ну и что теперь делать? – голос Галины дрожал от сдерживаемых эмоций, пока она наблюдала за Петром, который возился с пакетом, доставая забытые остатки подарков. – У Люды, между прочим, коллекционная кукла была! А ты её ребенку соседскому отдал!
– Да какая разница? – неуверенно отмахнулся Петр, избегая взгляда жены. – Куклы же детям и нужны, правильно? Им-то радость!
– Ах, радость?! Людмила эту «радость» полгода выбирала, и что теперь? Ты представляешь, какой это будет скандал?! – Галина закатила глаза, чувствуя, как уходит остаток её терпения.
– Ну ладно тебе, я же не нарочно! – Петр явно чувствовал, что начинает проигрывать в этом словесном сражении. – Людмила же всё равно на нас злится, какая разница, будет повод или нет?
– Разница, Петь, огромная! У неё эта кукла как святыня. Ты же знаешь её – теперь каждый разговор начнется с напоминания, кто испортил ей праздник.
В этот момент дверь вновь отворилась, и в коридоре, словно разлившаяся вода, появился Аркадий Иванович, с явным энтузиазмом размахивая уже непочатой бутылкой шампанского.
– Ну что, родные мои! Как настроение? Готовы встретить Новый год в кругу друзей и близких? – бодро провозгласил он, хлопнув Петра по плечу.
– Как раз собираемся настроение поднимать, – мрачно бросила Галина, намекая, что соседу пора бы и домой.
– Ой, да не гоните меня! У меня уже и так праздник на грани провала: свет вырубило, телевизор не работает. А у вас тут так тепло, уютно… Кстати, Галя, ваш салат «Оливье» – это просто бомба! – с довольной улыбкой Аркадий подхватил ложку с тарелки, стоящей на кухонном столе.
– Ну уж спасибо за комплимент! – язвительно бросила Галина, пытаясь вырвать у него ложку, но было поздно.
– Людочка! – внезапно раздался голос Людмилы из гостиной. – Что это за мужик тут хозяйничает? Это теперь новый член вашей семьи?
– Это наш сосед, Аркадий Иванович. Зашёл ненадолго… – Галина снова вдохнула глубже, чтобы подавить возмущение.
– Ну конечно, «ненадолго». Соседские праздники всегда так начинаются. А потом – знай себе, ставь ему тарелку и угощай, – Людмила поджала губы и скрестила руки на груди, сделав вид, что ей абсолютно всё равно.
– Вот и хорошо, что вы тут обсуждаете меня, – Аркадий с видимой радостью вступил в разговор, будто искренне наслаждаясь происходящим. – Кстати, Людмила Сергеевна, вас прямо узнать сложно! Ваша молодость – просто сияет, как новогодние гирлянды.
– Спасибо, конечно, но от вас комплименты не спасут. Праздник испорчен, – язвительно отрезала Людмила, бросив на Галину короткий укоризненный взгляд.
Галина почувствовала, как её терпение окончательно на исходе. Она сделала шаг в сторону и остановилась возле мужа.
– Петя, вот скажи мне честно: что нам теперь делать? Бежать к соседям, возвращать куклу? Или ждать, пока Людмила устроит представление на весь вечер? – её голос дрожал, но на губах застыла невесёлая улыбка.
– Галя, ты не волнуйся. Всё решим, – ответил Пётр, но, судя по его взгляду, он не имел ни малейшего представления, как.
А тем временем Аркадий, заметив, что на столе стоит ещё одна нетронутая коробка, с радостным любопытством начал её развязывать.
– А это что у нас? – произнёс он, даже не заметив, как Галина вскрикнула, подбежав к столу.
– Остановитесь! Это тоже подарок! – она выхватила коробку из его рук, но было слишком поздно: крышка приоткрылась, и из неё выглянул плюшевый мишка.
– Это мой подарок, – с сарказмом проговорила Людмила, всматриваясь в мягкую игрушку. – И кто, интересно, решил, что я обожаю детские игрушки?
Галина замерла, словно пытаясь собраться с мыслями.
***
В комнате повисла гнетущая тишина. Даже Аркадий Иванович, мастер заполнять паузы, замер с открытым ртом, глядя на Людмилу Сергеевну, которая сверлила взглядом мягкого мишку.
– Ну что ж, Пётр Николаевич, – ядовито протянула Людмила, указывая на игрушку. – Это ваш сюрприз? Вы, как всегда, в своём репертуаре. «Сначала ломаем, потом думаем».
– Люда, ну перестань, – встрял Пётр, пытаясь примирить сестёр. – Это… временное недоразумение. Я просто… перепутал.
– Временное? – перебила Людмила, сжав губы в тонкую линию. – Я теперь могу смело говорить, что весь Новый год – одно большое «временное недоразумение».
– Всё, хватит! – резко остановила перепалку Галина. – Соседи-то наши, как я понимаю, сейчас с «куклой-святыней»? Надо идти, объясниться.
– Я с вами! – тут же вызвался Аркадий, словно боялся упустить возможность увидеть развитие событий.
Галина оглянулась на мужа, который избегал её взгляда, а потом повернулась к Людмиле.
– Люда, а ты? Может, сама решишь вопрос?
– Сама?! Да ни за что! Пусть ваш герой всё и расхлёбывает, – фыркнула она, усаживаясь на диван с видом человека, который не намерен сдвигаться с места.
На пороге квартиры соседей Галина почувствовала, как её сердце начинает ускоренно биться. Она постучала, но вместо привычного «заходите» услышала детский визг. Вскоре дверь открылась, и на пороге возникла соседка Ольга.
– Галина Петровна? Что-то случилось? – её глаза метнулись к коробке в руках Галины.
– Оля, здравствуй! Ты не поверишь, но у нас тут небольшая путаница… – Галина улыбнулась извиняющейся улыбкой. – Мы случайно перепутали подарки. Вот, это для вашей дочки.
Она протянула коробку с настоящим подарком, но Ольга почему-то не выглядела обрадованной. В этот момент в дверях показалась сама виновница торжества – маленькая девочка с широкой улыбкой и той самой коллекционной куклой в руках.
– Мама, смотри! Это мне?! Она такая красивая! – её глаза горели от восторга, и Галина почувствовала, как земля уходит из-под ног.
– Галина Петровна, – сказала Ольга, чуть сдвинувшись, чтобы прикрыть дочь, – это ваш подарок? Вы хотите его забрать? Девочка ведь так обрадовалась.
Галина замялась. Сзади раздался голос Аркадия.
– Да пусть ребёнок радуется! Кукла – это для счастья, а не для обид!
– Галина, решай сама, – добавил Пётр, который явно почувствовал себя не на своём месте.
– Нет-нет, конечно, пусть остаётся, – наконец проговорила Галина, чувствуя, как к её щекам приливает кровь. – Но только ради ребёнка.
Когда они вернулись домой, Людмила встретила их с притворным спокойствием.
– И что? Вернули? – язвительно спросила она.
– Нет, Люда, – тихо ответила Галина. – Девочка держала куклу так, словно ничего красивее в жизни не видела. Я просто не смогла её забрать.
Людмила резко встала.
– Ты шутишь?! Ты отдала МОЙ подарок какому-то ребёнку?! Это… это неслыханно! – её голос срывался, пока она ходила по комнате кругами.
– Люда, успокойся, пожалуйста, – попытался вмешаться Пётр. – Мы ведь можем…
– Можем что? – взорвалась она. – Новый год без единой нормальной вещи! Только ваши «перепутанные подарки»! И этот… сосед ваш! – Людмила показала на Аркадия, который с невозмутимым видом ел оливье. – Сидит, как будто у себя дома!
– Знаете что, Людмила Сергеевна, – неожиданно поднялся Аркадий. – Улыбнитесь, что ли. Новый год всё-таки. Может, и вам ещё что-то приятное случится.
Людмила посмотрела на него, сжав зубы.
– Да вы… вы вообще кто, чтобы мне советы давать?
Галина устало опустилась на стул, закрыв лицо руками.
– Господи, как вы все меня устали…
В этот момент снова раздался звонок в дверь.
***
Галина, ещё не оправившись от напряжённого разговора, поспешила к двери. За ней стояла соседская девочка с коллекционной куклой в руках и её мама.
– Добрый вечер, – Ольга выглядела слегка смущённой. – Мы подумали… Может, всё-таки стоит вернуть эту куклу? Вы же её специально купили.
Галина растерялась, глядя на сияющее лицо девочки. Её маленькие пальчики крепко держали игрушку.
– Мама сказала, что она не моя, – внезапно произнесла девочка. – Но я её так люблю!
Людмила, как по команде, встала с места, приближаясь к порогу. Её взгляд метался между куклой и Галиной.
– Нет, – твёрдо сказала Галина, оборачиваясь к сестре. – Кукла останется у девочки.
– Что?! – Людмила словно утратила дар речи. – Ты решила, что можешь принимать такие решения за меня?
– Да, – тихо, но уверенно ответила Галина. – Потому что это правильно. Ребёнок счастлив, Люда. Разве тебе это ничего не говорит?
– Не говорит! – закричала Людмила, хватаясь за свою сумку. – Вы здесь все… Я… Это просто унизительно!
В этот момент вмешался Аркадий, разливая вино по бокалам.
– Ну что вы, Людмила Сергеевна. Кукла, может, и уйдёт, но настроение-то ещё можно спасти! Новый год же – самое время радоваться! Давайте отметим, как настоящая семья!
– Семья? – Людмила язвительно рассмеялась. – В этом доме нет ничего, кроме хаоса. Сосед за столом, подарки разбросаны… Я ухожу!
Она решительно направилась к выходу, но Галина вдруг бросила ей вслед:
– Если уйдёшь, то так и останешься одна, Люда. Новый год ведь не о подарках и не о обидах. Он о том, кто рядом.
Людмила замерла в дверях. Её плечи немного опустились, и на лице отразилась неуверенность.
– А… что мне с этой мыслью делать? – она обернулась, и её голос стал тише.
Аркадий, воспользовавшись паузой, поднял бокал.
– А вот что, дорогая Людмила Сергеевна! Давайте выпьем за новое начало! Забудем старое, как плохой сон.
Людмила, поколебавшись, подошла ближе. Её рука потянулась к бокалу, но она тут же остановилась.
– У меня к вам одно условие, – проговорила она. – Если мне не понравится, я уйду.
– Конечно, Люда, – обрадовалась Галина, вкладывая в свои слова искреннее тепло. – Главное, что ты останешься с нами.
Через несколько минут за столом вновь царило оживление. Даже Людмила чуть расслабилась, отставив свою вечную недовольную мину. Она смотрела, как Аркадий пытается рассмешить всех очередным анекдотом, и поймала себя на том, что уголки её губ дрогнули в улыбке.
Вдруг снова раздался звонок в дверь. На этот раз на пороге стоял мужчина средних лет с рыболовными снастями.
– Пётр Николаевич? – уточнил он. – Вы, кажется, что-то забыли. Это мой подарок, но мне соседка сказала, что он ваш.
– А-а… это вы, Геннадий, – виновато проговорил Пётр. – Ну, перепутал чуть-чуть. Вы уж извините.
– Ничего, – отмахнулся гость. – Главное, что теперь всё на своих местах. С наступающим!
Когда дверь закрылась, Людмила взяла в руки бокал, поднялась и произнесла:
– Знаете, а Новый год действительно о людях. Мне, конечно, до сих пор обидно за куклу, но… – она сделала паузу и чуть улыбнулась. – Вы правы, семья – это важнее.
Все разом улыбнулись, а Аркадий хлопнул в ладоши:
– Вот это тост! А теперь, друзья мои, давайте устроим танцы!
***
Ближе к полуночи гости переместились в гостиную. На столе догорали свечи, а в воздухе витал запах мандаринов и корицы. Галина, перекидываясь шутками с Аркадием, заметила, как Людмила аккуратно расставляла бокалы, а Пётр в это время пытался налить шампанское так, чтобы не расплескать.
– Людочка, а вы знаете, – вдруг сказал Аркадий, подходя к ней с полунасмешливым тоном. – Вы совсем не такая суровая, как мне показалось вначале. Вот сейчас, например, вы похожи на… снегурочку, которой просто не хватало мороза, чтобы раскрыться.
Людмила замерла. Её лицо слегка порозовело.
– Аркадий Иванович, – осторожно произнесла она. – Ваши комплименты… необычны.
– Необычна – это вы! – громко заявил он, поднимая бокал. – За Людмилу Сергеевну, которая научила нас сегодня, что даже самые сложные семейные конфузы – не повод забывать, что главное – это люди рядом!
Людмила на мгновение приподняла бровь, а потом вдруг улыбнулась.
– Ладно, Аркадий, – сказала она чуть мягче. – Давайте будем считать, что вы спасли мой Новый год.
Когда часы начали бить двенадцать, все подняли бокалы и дружно произнесли: «С Новым годом!» Звуки куража и смеха наполнили комнату. Людмила вдруг сделала шаг вперёд и сказала:
– Аркадий Иванович, раз уж вы такой знаток в танцах, так почему бы вам не закружить хозяйку?
– А я, пожалуй, лучше вас закружу, Людмила Сергеевна, – хитро улыбнулся Аркадий, протягивая ей руку. – Новый год же, всё-таки!
На удивление всем, Людмила, чуть колеблясь, взяла его руку. Танец начался неловко, но вскоре оба закружились, вызывая восторженные возгласы и аплодисменты.
– Петь, смотри, – шепнула Галина мужу. – Кажется, Люда нашла себе партнёра по новогодним танцам.
– А я всегда говорил, что Аркадий – человек компанейский, – ухмыльнулся Пётр, притягивая жену к себе. – Может, и мы попробуем? Только давай без обид за куклу, а?
– Давай, – рассмеялась Галина. – Но только если ты пообещаешь не путать коробки в следующем году.
Когда последние гости начали расходиться, а Аркадий с Людмилой вдруг задержались у дверей, чтобы «обсудить погоду», Галина и Пётр, обнявшись, проводили их теплыми пожеланиями.
– Ну, Петь, – сказала Галина, опускаясь в кресло, – Новый год удался. Пусть и не так, как я планировала.
– Зато весело, – отозвался Пётр. – И, Галь, ты права. Люди – это главное.
Она улыбнулась. Впервые за день она ощутила настоящее спокойствие и тепло.
– Давай уже просто побудем вместе, без лишних слов, – предложила Галина.
И когда за окном уже начали трещать первые фейерверки, они тихо подняли бокалы и с искренними улыбками прошептали: «С Новым годом».
Другие рассказы с юмором: