— Я у сына деньги за квартиру заберу, а невестку — на улицу! — свекровь рассмеялась. — Всё продумано до мелочей. Ой, погоди минутку, чайник закипел.
Я прислонилась к стене, чувствуя, как предательски подкашиваются ноги.
— Пусть катится на все четыре стороны. Без денег, без жилья.
В нашей семейной жизни бывало всякое, но такое я никогда не ожидала услышать.
В тот злополучный день я освободилась раньше обычного. В нашей школе объявили внеплановый педсовет, отменив последние уроки.
Сумка была набитая тетрадями учеников, нещадно давила на плечо, пока я поднималась на четвёртый этаж.
В голове уже крутились планы на вечер: проверить домашние задания, приготовить что-нибудь вкусненькое к приходу детей, может, даже устроить маленький сюрприз — испечь их любимый яблочный пирог.
Я уже почти достала ключи, как вдруг услышала громкий голос свекрови.
Антонина Васильевна, видимо, снова пришла к нам в моё отсутствие — у неё были запасные ключи «на всякий пожарный», как она любила приговаривать.
— Мариночка, золотце, — раздавался её елейный голос из-за двери. — Ты не представляешь, как всё складно выходит! Витька уже практически созрел для продажи квартиры.
Я замерла, держа ключ в руках. За десять лет брака с Виктором я привыкла к постоянным придиркам свекрови, к её холодным взглядам и колким замечаниям.
Но сейчас в её голосе звучали совсем другие нотки — какое-то хищное торжество.
— Конечно-конечно, деточка, — продолжала ворковать Антонина Васильевна. — Эта выскочка даже пикнуть не успеет. Знаешь, как в народе говорят: «Против лома нет приёма». Вот и с ней так же будет.
Я прислонилась к стене, чувствуя, как предательски подкашиваются ноги. Сумка соскользнула с плеча, я еле успела её подхватить.
— Да что ты переживаешь, милая! — свекровь рассмеялась. — Всё продумано до мелочей. Я скажу, что добавлю своих денежек на новую квартиру. Витя-то у меня, как дитё малое, верит каждому слову. А потом… Ой, погоди минутку, чайник закипел.
Послышались удаляющиеся шаги. Я задержала дыхание, боясь пошевелиться. Через пару минут разговор возобновился:
— Я тут, Мариночка. Так вот, как только денежки от продажи будут на руках, мы с тобой приступим ко второй части нашего плана. Внучат я заберу к себе, скажу — временно, пока не устроитесь. А Витеньку ты приютишь, голубка моя. Он же такой беззащитный, такой доверчивый…
— А эта… — свекровь презрительно хмыкнула, — пусть катится на все четыре стороны. Без денег, без жилья — куда она денется?!
В нашей семейной жизни бывало всякое, но такое я никогда не ожидала услышать.
— Ты представляешь, — продолжала Антонина Васильевна, — она ведь возомнила, что достойна моего Вити! Учительница английского, подумать только! Ни связей, ни положения в обществе. А ты, Мариночка, — совсем другое дело. И родители у тебя люди уважаемые, и сама ты бизнес-леди. Вот кто должен быть рядом с моим сыном!
В трубке что-то щебетала собеседница.
— Да-да, солнышко, именно так! Витенька сразу поймёт разницу. А детки… Что ж, я их быстро перевоспитаю. Забудут они свою мамашу-училку, как страшный сон.
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. В голове стучала одна мысль: «Не дам. Не позволю разрушить нашу семью».
— Ладно, душенька, — засобиралась свекровь, — пойду я. Нужно ещё к риелторше своей заскочить, всё обговорить. Встретимся завтра, расскажу подробности. Чмоки-чмоки!
Я спустилась на пролёт выше. Через несколько минут хлопнула входная дверь. Услышала цоканье каблуков свекрови по лестнице.
Зайдя в квартиру, я первым делом набрала сообщение мужу:
«Витя, нам нужно серьёзно поговорить вечером. Очень важно!»
«Ну что ж, Антонина Васильевна, — подумала я, доставая из холодильника продукты для пирога, — поиграем по вашим правилам. Только финал будет совсем не таким, как вы планировали».
Разговор с мужем
Вечером, когда дети уже спали, мы с мужем устроились на кухне. Я заварила его любимый жасминовый чай и достала остатки яблочного пирога.
— Вить, помнишь, ты говорил, что нам нужна квартира побольше? — начала я издалека, помешивая ложечкой в чашке. — Я тут подумала…
— Мама уже предложила свою помощь с деньгами, — оживился муж.
Я внимательно посмотрела на него. Мой Витя, такой умный в работе, такой внимательный с детьми, но такой наивный, когда дело касается его матери.
Всегда верил ей безоговорочно, как в детстве.
— А что если мы справимся сами? — осторожно предложила я. — Без помощи твоей мамы?
— Как это? — он удивлённо приподнял брови. — Таня, ты же знаешь наши финансы. Своих накоплений маловато, а ипотеку нам не потянуть.
— У меня есть идея, — я накрыла его руку своей. — Наташка, сестра моя, помнишь, она недавно бизнес расширила? Так вот, она готова одолжить нам нужную сумму. Без процентов.
Виктор нахмурился.
— Не знаю, Тань… Мама говорит…
— А давай сделаем так, — перебила я его. — Ты доверишься мне в этом вопросе? Полностью, без оглядки на чужие советы. Я всё продумала, честное слово.
Он задумчиво отхлебнул чай.
— Ты никогда не просила о таком. Что-то случилось?
— Просто… — я подбирала слова, — мне кажется, сейчас самое время взять ответственность за наше будущее в свои руки. Ты мне веришь?
— Конечно, верю, — он легонько щёлкнул меня по носу. — Ты же у меня мудрая сова.
— Тогда давай договоримся: ни слова маме о наших планах. Вообще ни слова о квартирном вопросе. Хорошо?
Виктор внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь разгадать какую-то загадку.
— Ладно, договорились. Но потом расскажешь, что тебя так встревожило?
— Обязательно, — я поцеловала его в щёку. — Когда всё закончится.
На следующий день я позвонила Наташке.
— Сестрёнка, помнишь, ты говорила, что если понадобится помощь…
— Что стряслось? — сразу насторожилась она.
Я рассказала ей всё: и подслушанный разговор, и коварный план свекрови, и свои опасения.
— Ах ты ж, старая кapга! — возмутилась сестра. — Да как она посмела! Сколько тебе нужно?
— Три миллиона, — я зажмурилась, ожидая отказа.
— Будут завтра, — спокойно ответила Наташка. — Только расписку напишешь, чтоб всё по-честному.
— Наташ, я даже не знаю…
— Знаешь что, сестрёнка? — перебила она. — Я десять лет смотрю, как эта женщина изводит тебя. Хватит! Давай-ка утрём ей нос. А деньги… Вернёшь, когда сможешь. Я в тебя верю.
Я чуть не расплакалась от благодарности.
— Спасибо, родная. Я твой должник.
— Да ладно тебе, — хмыкнула сестра. — Лучше скажи, как мстить будем? У меня есть пара идей…
Семейный совет
Я начала действовать. Нашла отличного риелтора — молодую энергичную женщину Светлану.
— Нужна трёхкомнатная, — объясняла я ей. — В хорошем районе, рядом со школой.
— Понимаю, — кивнула Светлана. — Семейные обстоятельства? Не волнуйтесь, у меня есть несколько отличных вариантов.
Вечером того же дня я собрала семейный совет. Миша, наш десятилетний сын, сидел, подперев подбородок руками, а семилетняя Анюта устроилась на коленях у папы.
— Семья, у меня для вас сюрприз, — начала я. — Мы скоро переедем в новую квартиру. Большую, с отдельной комнатой для каждого.
— А мои машинки? — встревожился Миша.
— И куклы! — подхватила Аня. — Мам, а мои куклы поедут с нами?
— Конечно, родные, — улыбнулась я. — Все игрушки возьмём. Только давайте договоримся: это будет наш секрет. Никому не рассказываем, даже бабушке. Представим, что мы разведчики на важном задании.
— Как в моей компьютерной игре? — оживился Миша.
— Точно! — подмигнула я сыну. — Вить, ты же поможешь нам с операцией «Переезд»?
Муж обнял Анюту.
— Конечно, помогу. Только объясни мне потом, почему такая секретность?
— Обещаю, — кивнула я. — Скоро всё поймёшь.
На следующей неделе Светлана показала нам интересный вариант — просторную трёшку в новом жилом комплексе. Светлые комнаты, большая кухня, две лоджии. И главное — школа в пяти минутах ходьбы.
— Берём! — решительно сказал Виктор, увидев, как загорелись глаза детей.
Вечером, когда малыши уснули, он спросил.
— Тань, а почему мама в последнее время такая встревоженная? Всё звонит, спрашивает про квартиру…
— Милый, — я присела рядом с ним, — Помнишь, ты обещал довериться мне? Потерпи ещё немного. Скоро всё встанет на свои места.
Переезд готовили тайно. Коробки с вещами постепенно перевозили в новую квартиру.
Детям всё представили как увлекательную игру — они с восторгом паковали свои сокровища, шёпотом обсуждая «секретную миссию».
Антонина Васильевна названивала почти каждый день.
— Витенька, ты подумал о моём предложении? Время идёт, такие варианты уходят…
— Мам, давай позже обсудим, — уклончиво отвечал муж. — Сейчас много работы.
Я видела, как его тяготит необходимость что-то скрывать от матери. Но он держался, доверившись мне. И я была благодарна ему за это доверие.
Наконец, настал решающий день. Дети уже ночевали на новом месте с Наташкой, которая взяла на себя роль няни.
Последние вещи были упакованы. Оставалось только расставить все точки над «и».
— Витя, — позвала я мужа, — Присядь. Пришло время рассказать тебе всю правду.
И я рассказала ему о подслушанном разговоре, о планах его матери, о Марине. С каждым словом его лицо становилось всё мрачнее.
— Не может быть, — прошептал он. — Мама не могла…
— Могла, — мягко ответила я. — И сегодня ты в этом убедишься. Она наверняка придёт проверить, почему ты не отвечаешь на звонки.
Свекровь и невестка
Как в воду глядела — около шести вечера в дверь позвонили. Виктор уже уехал к детям, а я специально задержалась, чтобы встретить свекровь.
— Витенька! — раздался громкий голос Антонины Васильевны. — Открывай, это мама!
Я медленно повернула ключ в замке. На пороге стояла свекровь, разодетая, как на приём — её любимый зелёный костюм, броская бижутерия, свежая укладка.
— А, это ты, — её лицо мгновенно помрачнело. — А где Витя?
— Проходите, Антонина Васильевна, — я отступила в сторону. — Нам давно пора поговорить.
Она величественно прошествовала в квартиру и замерла, заметив пустые стены, голые окна без штор. В углу — пара коробок с надписью «На выброс».
— Что здесь происходит? — её голос дрогнул. — Где вещи? Где мои внуки?
— Присядьте, — я указала на единственный оставшийся стул. — Расскажу вам одну интересную историю. Про то, как одна хитрая свекровь решила разрушить семью своего сына.
Антонина Васильевна побледнела.
— Что ты за глупости несёшь?
— «Ни связей, ни положения в обществе», — процитировала я. — «А ты, Мариночка — совсем другое дело». Помните этот разговор?
Свекровь пошатнулась и тяжело опустилась на стул.
— Ты… подслушивала?
— Случайно услышала. И знаете, даже благодарна за это. Иначе не узнала бы, какая змея притаилась в нашей семье.
— Да как ты смеешь! — вскинулась она. — Я желала сыну лучшей доли! Эта Марина…
— Молчите! — я впервые повысила на неё голос. — Вы хотели оставить меня без жилья? Отнять детей? Разрушить нашу семью? Что ж, получите то, что готовили для меня — пустую квартиру и одиночество.
— Где Витя? — её голос задрожал. — Что ты с ним сделала?
— Я? — усмехнулась я. — Это вы пытались манипулировать сыном. А я просто открыла ему глаза. Он сам всё решил.
— Врёшь! — она вскочила. — Мой сын никогда…
— Ваш сын уже в нашей новой квартире. С детьми. Без вашей «помощи» с продажей, представляете?
Антонина Васильевна рухнула обратно на стул.
— Не верю… Он бы не поступил так с родной матерью…
— А вы? — я подошла ближе. — Вы собирались поступить так с матерью ваших внуков. Думали, всё пройдёт гладко?
В пустой квартире повисла тяжёлая тишина. Свекровь сидела, безвольно опустив руки, и выглядела внезапно постаревшей лет на десять.
— Бегите к своей Мариночке. Может, она вас утешит. А мы начинаем новую жизнь. Без интриг и предательства.
Я направилась к выходу, но у двери обернулась:
— Знаете, что самое грустное? Мы могли бы быть одной семьёй. По-настоящему. Если бы не ваша гордыня.
Звук закрывающейся двери эхом разнёсся по пустой квартире. Спускаясь по лестнице, я услышала сдавленные рыдания, но не остановилась.
Десять лет притворства и яда — слишком большой срок, чтобы рассчитывать на прощение.
Увлекательные рассказы: