— Собирайте вещи, и чтобы духу вашего не было в моем доме, — я положила перед свекровью чемодан.
— Ты белены объелась что ли?
Я достала из кармана ту самую фотографию и бросила ее на дно чемодана.
— Хватит претворяться, я про ваши мерзкие планы знаю!
День не задался с самого утра. Я как раз заканчивала оформлять букет для невесты, когда стены магазина затряслись от грохота перфоратора.
В соседнем помещении затеяли ремонт, причём без всякого предупреждения.
Тут хочешь не хочешь, а пришлось закрываться на час раньше — не травмировать же нежные создания природы строительной пылью.
Усталая, я брела домой, мечтая о горячей ванне и чашке любимого чая с бергамотом. У самого подъезда встретила соседку с первого этажа, Петровну, вечную хранительницу всех дворовых тайн.
— Ой, Диночка, — всплеснула она руками, — а к вам свекровушка пожаловала. Я видала, как она с пирогом шествовала. Всё прихорашивалась, ровно павлиниха какая.
«Только этого не хватало», — подумала я, но вслух лишь поблагодарила за информацию.
Наталья Сергеевна, моя свекровь, славилась своими внезапными визитами не меньше, чем способностью находить в невестке изъяны.
Едва переступив порог квартиры, я услышала её голос, доносящийся из кухни.
— Митенька, — вкрадчиво вещала свекровь, — ты только не горячись, но я как мать обязана тебе глаза открыть. Вот взять хотя бы Настеньку…
— Мама, — в голосе мужа послышались нотки раздражения, — давай не будем начинать этот разговор.
— Нет уж, позволь матери слово молвить! — В интонациях Натальи Сергеевны зазвучали металлические нотки. — Настя — девушка что надо! И образование приличное, и из семьи достойной. А готовит как! А эта твоя… цветочница…
— Дина, мама. Её зовут Дина.
— Знаю я, как её зовут! — фыркнула свекровь. — Только что она может? Цветочки расставлять да венички вязать? Эка невидаль! А Настенька…
— Хватит! — Митя стукнул чем-то по столу. — Я люблю Дину, понимаешь?
— Ох, сынок, — слезливо ответила свекровь, — загубила она тебя, окрутила. Был такой перспективный молодой человек, а теперь что? Женился на первой встречной…
— Мама, прекрати! Дина — моя жена, и я счастлив с ней. Ясно тебе? И ни разу, слышишь, ни разу не пожалел о своём выборе!
Я решила, что самое время появиться. Спокойным шагом, будто и не слышала этого разговора, прошла мимо кухни в направлении спальни.
— А мы, представьте себе, отлично живём без посторонних советов, — бросила я через плечо.
Наталья Сергеевна подпрыгнула на стуле так, словно её ужалила оса. Лицо, обычно надменное, пошло красными пятнами.
— Диночка! — защебетала она неестественно высоким голосом. — Голубушка, а мы тут как раз с Митенькой обсуждали, какая ты чудесная хозяюшка!
— Да что вы говорите? — я остановилась в дверях. — А мне показалось, речь шла о других… хозяюшках.
Свекровь побледнела, потом покраснела, открыла рот, но не нашлась что ответить. Митя виновато отвёл глаза.
Я окинула эту картину долгим взглядом. Сколько раз ещё придётся доказывать своё право на семейное счастье? Но говорить ничего не стала — есть ситуации, когда молчание красноречивее любых слов.
Молча развернулась и ушла в спальню, оставив за спиной тяжёлую тишину.
Просьба матери
Я переодевалась в спальне, когда Митя тихонько постучал и вошёл. На его лице читалась смесь вины и беспокойства.
— Ты сегодня рано, — он присел на краешек кровати. — Что-то случилось в магазине?
— Да так, — я устало махнула рукой, расчёсывая влажные после душа волосы. — Соседи затеяли ремонт. Грохот стоит — голова раскалывается. Пришлось закрыться пораньше.
Из кухни донёсся звон посуды — свекровь, видимо, решила загладить вину.
— Дети мои, — её голос стал медоточивым, — идите к столу. Я тут пирожков напекла, как Митя в детстве любил.
Я накинула любимый домашний халат в мелкий цветочек и вышла на кухню. Свекровь суетилась у плиты, то и дело бросая на меня виноватые взгляды.
— Присаживайтесь, — она поставила на стол блюдо с пирожками. — У меня, собственно, разговор к вам серьёзный.
«Началось», — подумала я, но села за стол, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. — Понимаете, — начала свекровь, — машина моя совсем развалилась. В сервисе сказали — проще новую купить, чем эту чинить. А цены сейчас сами знаете какие…
— И что делать? — Митя отхлебнул чай.
— Я тут решила квартиру свою на несколько месяцев сдать.
Я чуть не поперхнулась чаем:
— А жить где собираетесь? Неужели за квартиру столько платят, что на новую машину хватит?
— Ну что ты, Диночка, — свекровь заулыбалась ещё слаще, — у меня и накопления есть, и за старую машину что-то дадут. А пожить… может, у вас временно?
— Мам, — Митя отложил пирожок, — давай мы лучше денег добавим? Зачем такие сложности?
— Что ты, сынок! — всплеснула руками Наталья Сергеевна. — Не хочу вас напрягать! Я же понимаю — молодая семья, свои расходы…
Я молча встала из-за стола, собрала мусор в пакет и понесла его в прихожую. В голове крутилась одна мысль: «Как же, не хочет напрягать! А жить с нами — это, значит, не напряжёт? Старая лиса — всё продумала!»
— Диночка, — донёсся с кухни голос свекрови, — ты бы пирожки попробовала. С капустой, как ты любишь…
«С капустой? — подумала я. — Она же знает, что я терпеть не могу пирожки с капустой».
Вернувшись на кухню, я увидела, как Митя задумчиво вертит в руках чашку. По его лицу было видно — он в замешательстве.
Свекровь же лучилась довольством, словно кошка, дорвавшаяся до сметаны.
— Ну что, детки, — пропела она, — приютите старую мать на пару месяцев?
Я промолчала, сделав вид, что очень занята протиранием столешницы. В конце концов, это решение должен принимать Митя — это его мать.
Но внутренний голос уже шептал: «Не к добру это, ой не к добру…»
Переезд
Свекровь, словно перелётная птица, обустраивала своё временное гнездо в гостевой комнате.
— Подвинь шкаф чуть левее, — командовала она. — Диночка, у тебя плечики лишние найдутся? И полотенце бы отдельное…
Я молча доставала необходимые вещи, а вот Наталья Сергеевна буквально светилась от счастья:
— Как хорошо, что я теперь рядом с вами! Сынуля, я тебе борщик сейчас сварю. Дай свои рубашечки, я постираю, а то у Дины времени, наверное, не хватает…
Я сделала вид, что не заметила этого маленького укола. В конце концов, я действительно много времени проводила в магазине.
Но через неделю начало происходить что-то странное. Сначала я почувствовала незнакомый аромат, разбирая вещи мужа перед стиркой.
Сладковатый, навязчивый запах женских духов. «Показалось», — убедила я себя, хотя червячок сомнения уже начал грызть душу.
Потом, убираясь в прихожей, нашла в кармане его пиджака старую фотографию. На снимке ещё молодой Митя обнимал светловолосую девушку — они смеялись, глядя в камеру.
Я аккуратно положила фото на место.
Но самое неприятное ощущение появилось позже. Я стала замечать едва уловимые детали чужого присутствия в доме.
Однажды вечером, открыв шкаф, я замерла: мои платья висели не в привычном порядке, будто кто-то рылся в моих вещах.
— Мама была дома весь день? — как бы между прочим спросила я у Мити за ужином.
— Вроде выходила куда-то после обеда, — пожал он плечами. — А что?
— Да так, показалось…
Свекровь, сидевшая напротив, безмятежно помешивала чай:
— Я в магазин ходила, хотела порадовать вас пирогом. Диночка, ты же любишь с капустой?
— Терпеть не могу капустные пироги, — ответила я сухо. — Вы же знаете.
— Ох, прости, совсем забыла! — всплеснула она руками, но в глазах мелькнуло что-то похожее на торжество.
Вечером, лёжа в постели, я пыталась собрать все странности в единую картину.
Духи, фотография, беспорядок в вещах… Случайности? Или чей-то тщательно продуманный план?
За стеной негромко напевала свекровь — она всегда пела, когда была особенно довольна собой.
А у меня перед глазами стояла та фотография и навязчиво крутилась мысль: «Кто же хозяйничает в моём доме, пока я на работе?»
Кто в доме хозяйничает?
Утром, собираясь на работу, я как бы невзначай оставила в гостиной свой старый телефон.
Установила его между книгами на полке, включила камеру и замаскировала проводок зарядного устройства за занавеской.
Интуиция просто кричала — что-то здесь нечисто.
— Я сегодня пораньше вернусь, — проворковала свекровь, наливая себе кофе. — Нужно ещё к парикмахеру успеть. Диночка, может и тебе записаться? А то с этими цветами совсем себя забросила…
«Конечно, — подумала я, — как же без очередного замечания в мой адрес». — Спасибо, Наталья Сергеевна, но у меня свой мастер, — ответила я, застёгивая плащ.
Весь день я не находила себе места. Покупатели удивлённо поглядывали, как я в третий раз переставляю букеты в витрине.
Вернувшись вечером, я застала идиллическую картину: свекровь в накрахмаленном фартуке что-то мешала в кастрюле.
— А вот и наша труженица! — всплеснула она руками. — Проходи скорее, я тут такой ужин приготовила!
Я скользнула взглядом по кухне — всё безупречно чисто, словно из журнала по дизайну. Слишком безупречно.
— Мам, ты где? — раздался голос Мити из прихожей.
— На кухне, сыночек! — защебетала свекровь. — Иди скорее, котлетки стынут!
Митя вошёл, чмокнул меня в щёку, и уселся за стол. От него пахло осенней прохладой и… чем-то ещё, неуловимо знакомым.
— Митенька, — вдруг спохватилась Наталья Сергеевна, — чуть не забыла! У меня там дома кран в ванной подтекает. Может, заедешь завтра, посмотришь? А то вода капает и капает…
Я насторожилась.
— Может, лучше сантехника вызвать? Митя же не специалист.
— Что ты, Диночка! — замахала руками свекровь. — Зачем деньги на ветер бросать? У него золотые руки, сам справится. Правда, сынок?
— Конечно, мам, — кивнул муж. — Завтра после работы заеду.
Я внимательно наблюдала за свекровью. На её лице промелькнуло какое-то странное выражение — не то удовлетворения, не то предвкушения.
— А во сколько примерно? — как бы между прочим поинтересовалась она. — Чтобы я дома была.
— Часам к шести, наверное.
— Вот и славно! — просияла Наталья Сергеевна. — Я как раз с укладки вернусь.
После ужина, пока Митя смотрел телевизор, а свекровь приводила себя в порядок перед сном, я тихонько проскользнула в гостиную и забрала телефон.
«Сейчас всё узнаю», — думала я, устраиваясь в спальне с телефоном.
Видео с телефона
Сердце гулко стучало, когда я устроилась на кровати рядом с Митей. Он увлечённо листал новости в планшете, не замечая моего напряжения.
Звук открывающейся двери, приглушённые голоса…
На экране появилась свекровь, а следом за ней — молодая девушка. Я сразу узнала её по фотографии, хотя сейчас она выглядела ещё эффектнее. Настя.
— Митя, — я толкнула мужа локтем, — посмотри. Кто это?
Он нехотя оторвался от планшета, прищурился, вглядываясь в маленький экран телефона. Его лицо вдруг изменилось — брови поползли вверх.
— Настя? — В его голосе звучало неподдельное изумление. — Что она… Откуда?
— Та самая Настя? — я впилась взглядом в его растерянное лицо.
— Мы не виделись больше трёх лет, — пробормотал он. — Не понимаю, что она делает в нашей квартире.
Я прибавила громкость. Голоса зазвучали отчётливее:
«— Присаживайся, Настенька. Чайку? Или кофе? — Спасибо, Наталья Сергеевна. Кофе, если можно…»
Я видела, как они устроились на диване.
— Почему твоя мать притащила к нам домой твою бывшую?
— Понятия не имею. Я даже не знал, что они общаются.
На экране тем временем разворачивался какой-то спектакль. Свекровь суетилась с чашками, рассыпалась в комплиментах:
«— Как ты похорошела, Настенька! А причёска какая! Я слышала, ты теперь в крупной компании работаешь?»
У меня перехватило дыхание. Значит, свекровь всё это время следила за жизнью бывшей подруги сына?
— Выключи, — вдруг хрипло сказал Митя. — Я сам у матери спрошу, что происходит.
Но я покачала головой.
— Нет уж, давай досмотрим. Кажется, твоя мама затеяла какую-то игру, и я хочу знать правила.
«— Не понимаю, Наталья Сергеевна, — Настя изящно отставила чашку. — Как Митя мог предпочесть меня этой… этой простушке с цветочками? У нас же с ним полная совместимость! Один круг общения, одинаковые взгляды на жизнь…»
Я ощутила всем телом, как напрягся Митя рядом со мной.
«— Ах, Настенька, — свекровь понизила голос до заговорщического шёпота, — я же тебе говорю — я практически решила эту проблему. Скоро всё будет как надо.»
Свекровь порылась в кармане своего платья и достала маленький флакон духов.
«— Вот, возьми. Я уже побрызгала ими рубашки Мити. Пусть эта цветочница помучается, поревнует. Может, скандал закатит — тем лучше!»
Я вспомнила тот странный аромат на рубашке мужа и похолодела. Вот оно что…
«— А завтра, — продолжала свекровь, сияя, как начищенный самовар, — Митенька приедет кран чинить. Ты уж постарайся! Надень что-нибудь особенное, прояви всю свою женственность. Пусть вспомнит, какой вы были чудесной парой. А эта… эта Дина — она же совсем не его уровня!»
Настя довольно улыбнулась, пряча флакон в сумочку.
«— Не волнуйтесь, Наталья Сергеевна. Я знаю, что нужно мужчинам. К вечеру ваш сын забудет про свою цветочницу.»
Я выключила запись. В спальне повисла тяжёлая тишина. Медленно повернула голову к мужу.
— Вот, значит, как. Твоя мать решила устроить рокировку.
— Дина, я… — начал Митя.
— Завтра поедем вместе, — перебила я его. — Вместе починим этот несчастный кран. И заодно… кое-что ещё починим.
За стеной негромко напевала свекровь, явно довольная своим планом. Она и не подозревала, что её тщательно выстроенная схема только что рассыпалась как карточный домик.
Я прижалась к мужу, вдыхая его родной запах — без примеси чужих духов.
Чемодан — такси — квартира
Утро началось не с кофе и привычного щебетания свекрови на кухне. Я достала из кладовки большой чемодан и с грохотом поставила его перед Натальей Сергеевной, как раз когда она намазывала масло на свой утренний тост.
— Что это? — удивленно приподняла она брови. — Диночка, ты куда-то собралась?
— Нет, это вам пора. Прямо сейчас! Собирайте вещи и покиньте наш дом.
Митя, стоявший в дверях кухни с портфелем в руках, молча наблюдал за происходящим.
На его лице застыло странное выражение — смесь вины и решимости.
— Но… но как же… — свекровь растерянно переводила взгляд с меня на сына. — Митенька, что происходит?
— Мам, ты всё прекрасно знаешь, — тихо произнес он и, развернувшись, направился к выходу. Хлопнула входная дверь.
— Я не понимаю… — начала было свекровь, но я перебила её, доставая из кармана халата потёртую фотографию.
— Это понимаете? — я бросила снимок в раскрытый чемодан.
Свекровь поджала губы, расправила плечи и взялась за чемодан.
— Ты пожалеешь об этом.
Без чужих запахов
Солнце уже клонилось к закату, когда в замке повернулся ключ. Я как раз расставляла свежие цветы в вазах — белые лилии, мои любимые.
Квартира сияла чистотой после генеральной уборки: я вымыла все окна, сменила шторы, выбросила синюю подушку, которую свекровь притащила «для уюта».
Теперь здесь снова пахло домом — нашим домом.
Митя выглядел уставшим, но его глаза светились теплом, когда он увидел меня. Я подошла к нему, обняла, уткнувшись носом в плечо.
— Знаешь, у твоей Насти просто отвратительный вкус на запахи. Такой приторный, искусственный аромат.
Он рассмеялся, крепче прижимая меня к себе:
— А мне нравится, как пахнешь ты. Цветами и счастьем.
Мы стояли в прихожей, обнявшись, и я чувствовала, как уходит напряжение последних дней. Больше не нужно притворяться, играть роли, следить за каждым словом.
Самые читаемые рассказы: Комментарии45