«Мы уже половину жизни отдали труду. Теперь хочется заняться тем, что по-настоящему радует. Думаю, мы это заслужили», — ответил Николай на просьбу Дмитрия помочь с ремонтом дачи.
Дмитрий стоял в комнате и чувствовал, как внутри нарастает раздражение. Он был уверен: родители обязаны поддерживать своих детей, особенно когда речь идёт о такой незначительной просьбе. В памяти всплыли школьные годы — каждую субботу и воскресенье он таскал тяжёлые мешки с цементом, красил заборы, копал грядки. Пока его одноклассники гоняли мяч или ходили в кинотеатры, он проводил выходные на стройке семейного дома. Ирина называла это закалкой характера, а Николай твердил: мужчина должен уметь трудиться руками. Дмитрий пытался возмущаться, но родители быстро пресекали жалобы упрёками в лени и неблагодарности.
«Я просто подумал…» — начал было Дмитрий и осёкся: голос предательски дрогнул от обиды. — «…что ты мог бы хотя бы посоветовать». Ему было трудно подобрать слова — перед глазами всплыл промозглый октябрьский день: мокрая глина под ногами, грязный котлован, Николай кричит из-за неправильно уложенных досок, а он сам — пятнадцатилетний подросток — мечтает всего лишь на денёк забыть про молоток и уровень, встретиться с девочкой из параллельного класса или просто поваляться дома с книгой. Но вместо этого до самого вечера он укладывал кирпичи. А когда попросил отпустить его на день рождения к другу, Николай только усмехнулся: «Развлекаться захотел? Дом сам себя не построит. Потом ещё спасибо скажешь за то, что научил тебя работать. А пока давай без нытья».
«…может быть, ты хотя бы взглянешь на фундамент? Что-то там явно не так», — договорил Дмитрий уже спокойным голосом, стараясь отогнать навязчивые воспоминания.
