— Ты опять собираешься притворяться, будто всё в порядке? — Александра с шумом поставила на стол кастрюлю с горячим пловом, и рис тут же рассыпался по краям тарелки.
Михаил сидел за столом, уткнувшись в экран телефона, делая вид, что не замечает происходящего.
— Михаил, — не выдержала она, — мы сегодня вообще поговорим?
— Всё нормально, — пробурчал он, не отрывая взгляда от экрана.
— Правда? А почему тогда у тебя лицо такое кислое?
Он тяжело выдохнул и наконец убрал телефон в сторону. Потянулся за газетой и раскрыл её перед собой, словно прячась за щитом.
— Я же сказал: всё хорошо, — донеслось из-за газетных страниц.
— Прекрасно просто! — Александра нервно усмехнулась. — Муж у меня говорит «всё хорошо», а дома атмосфера такая, будто мы по стеклу босиком ходим.
Она села напротив него и начала машинально раскладывать плов по тарелкам. На кухне витал аромат специй, но вместо уюта он только усиливал тревожность момента.
Во время ужина Михаил молчал. Ел медленно и без аппетита, словно выполняя неприятную обязанность.
— Михаил… — попыталась она начать спокойно, но голос дрогнул. — Объясни мне нормально: что происходит?
— Александра… давай потом поговорим. Я устал.
— А я нет?! — вспыхнула она. — Мне тоже надоело это молчание и эти взгляды исподтишка! В доме как на пороховой бочке! Что случилось?
Он помолчал немного, глядя куда-то мимо неё в угол комнаты.
— Хорошо. Раз ты настаиваешь… поговорим, — наконец произнёс он.
Александра выпрямилась и тихо выдохнула:
— Наконец-то…
Михаил сцепил пальцы перед собой:
— Объясни мне: почему я должен тянуть всю семью один?
— Что значит «один»? — искренне удивилась она. — Мы ведь всегда так жили! Ты сам…
— Что «сам»?! — резко перебил он. В голосе прозвучала жёсткость.
— Сам говорил после свадьбы: не хочешь, чтобы жена работала. Что твоей зарплаты хватает на всё… а я займусь домом и детьми. Разве ты забыл?
Он отвёл глаза:
— Не забыл… Просто теперь всё иначе стало.
Александра почувствовала холод внутри:
— Что изменилось? Ты потерял работу? У нас долги?
Михаил неопределённо пожал плечами:
— Просто больше так продолжаться не может…
Он снова потянулся к телефону.
Ответ повис в воздухе тяжёлым грузом. И Александра ещё не догадывалась: перемены произошли вовсе не в их семье… а у одной женщины конкретно — его матери.
— Мам… ну что опять не так? — Михаил устало потер виски и посмотрел на сердитое лицо Ганны.
Свекровь сидела на краю дивана с видом королевы на троне и демонстративно рассматривала свои руки.
— А ничего такого… кроме того факта, что ты уже третий месяц обещаешь мне посудомойку! — холодно произнесла она. — Я больше руками мыть не собираюсь! Кожу портить из-за этого тоже!
Она показала ладони – ухоженные и гладкие – словно подтверждение своим словам было необходимо для убедительности.
— Мам… ну пока нет возможности… Ты же знаешь – я один работаю…
Ганна всплеснула руками:
— Вот именно – один! А твоя бездельница чем занимается? На подушках валяется?!
Михаил поморщился:
— Мам… пожалуйста… Не называй Александру бездельницей. Она ведёт дом – готовка, дети, уроки…
Ганна перебила его с жаром:
— А я из декрета вышла через шесть месяцев после твоего рождения! Пошла работать на завод – ни слова жалобы! А эта… вертихвостка! Возомнила себя королевой! Значит ей можно дома прохлаждаться?! А я должна спину ломать?!
Михаил попытался вставить слово:
— Мам… мы с ней договорились об этом ещё до свадьбы…
