Откладывала средства, отказывала себе во многом — ведь «нужно думать о завтрашнем дне».
И вот оно, это самое будущее. Жилище, приобретённое на её наследственные деньги, оформлено на свекровь.
Леся вдруг хрипло рассмеялась. Смех был нервным, почти истеричным. В памяти всплыл недавний разговор — около месяца назад она обратилась к Дмитрию с просьбой выделить немного денег на новое пальто. Старое уже не спасали ни штопка, ни аккуратность — рукава были протёрты до дыр. Тогда он тяжело вздохнул и произнёс: «Лесь, ну потерпи до зимы? Сейчас каждая гривна на счету. Мы же собираемся откладывать на дачу».
На дачу… Которую они якобы собирались покупать вместе. Когда рынок просядет.
Похоже, цены уже «упали». Только вот дача превратилась в полноценный дом. И теперь этот дом записан на Ларису.
Леся достала телефон и начала последовательно фотографировать банковскую выписку: каждый перевод, каждую дату и сумму. Затем зашла в соцсети Ларисы. Та обожала делиться успехами — это была её слабость. И точно: среди последних публикаций обнаружилось фото уютного кирпичного дома с подписью «Мечты сбываются».
Дата поста — сегодняшний день, час назад.
Свекровь даже не стала тянуть время — сразу поспешила похвастаться.
Леся сделала скриншот и продолжила листать ленту. Вот кухня — новенькая, белоснежные фасады и каменная столешница. Вот спальня — просторная кровать под светлыми шторами. Вот участок — аккуратный газон с молодыми яблонями вдоль забора.
На каждом снимке Лариса сияла победной улыбкой хозяйки жизни. А в комментариях бодро отвечала подругам: «Да-да, всё сама! Всю жизнь копила! Вот и накопила себе на старость».
Накопила… На наследство бабушки её невестки.
Леся убрала телефон в сумку и взглянула на часы: пять вечера. Скоро должен вернуться Дмитрий. Ей нужно было определиться с дальнейшими действиями.
Первым импульсом было закатить скандал: бросить ему в лицо все доказательства, накричать, выплеснуть накопившуюся боль и обиду. Но вскоре она остыла. Скандал — это вспышка эмоций, а эмоции мешают принимать разумные решения. Видно было: Лариса со своим сыном всё тщательно просчитали заранее… Значит, ей тоже стоит действовать хладнокровно.
Она открыла ноутбук и принялась искать информацию: юридические форумы, статьи о разделе имущества при разводе, советы адвокатов по подобным случаям… Чем больше она читала, тем яснее становилось: вернуть средства будет крайне сложно. Переводы шли со счёта супругов — формально оба имели к ним доступ и право распоряжаться ими совместно. Доказать происхождение средств как личного наследства можно… но путь этот долгий и тернистый.
И всё же кое-что ей удалось найти — деталь настолько важную, что уголки губ сами собой приподнялись в лёгкой улыбке.
Когда Дмитрий вошёл домой, Леся сидела за кухонным столом с чашкой чая перед собой. Она выглядела спокойно и даже умиротворённо — настолько непривычно для него в этот час дня (обычно жена хлопотала у плиты или занималась уборкой), что он насторожился.
— Ты чего такая? — спросил он осторожно, снимая куртку с плеча.— Устала?
— Немного есть такое дело… — Леся кивнула ему навстречу.— Присаживайся поговорим.
Дмитрий напрягся всем телом от этих слов; фраза прозвучала тревожно для него… Но подчинился без возражений и сел напротив неё за столом с видом беззаботности.
— Как прошёл визит на автомойку? — невинно поинтересовалась Леся тоном будничной беседы.
— Да нормально вроде… Очередь была большая… Пришлось подождать…
— Понятно… А потом?
— Что потом? Домой поехал…
Она замолчала ненадолго; взгляд её стал пристальным и чужим одновременно – будто смотрела не на мужа своего многолетнего… а просто на незнакомца за столом напротив себя…
— Дмитрий… Я сегодня заходила мимо нотариальной конторы возле проспекта Шевченко… Видела тебя через окно… С твоей мамой…
Он побледнел мгновенно; руки его дрогнули прямо поверх стола…
— Я… ну это… Мама попросила помочь ей с бумагами… У неё давление опять поднялось – сама бы не справилась…
— С какими именно бумагами?
— Ну там что-то по квартире… Она хотела оформить завещание… На меня…
— Завещание? – переспросила Леся спокойно.— Любопытно… А дом на Садовой – это тоже часть завещания?
Дмитрий осёкся; лицо его стало пепельно-серым – как выстиранная простыня без цвета… Он понял: его вывели на чистую воду… Но ещё пытался изобразить надежду выкрутиться из ситуации…
