Ирина выпрямилась и смерила свекровь взглядом сверху вниз, словно перед ней было нечто ничтожное.
— Машина остаётся у меня. Это моя вещь, купленная на мои собственные средства. А квартира, между прочим, приобретена в браке — значит, половина принадлежит мне. И ни один суд этого не оспорит. А вот насчёт твоего проживания здесь…
Она сделала выразительную паузу.
— Этот вопрос закрыт. На дачу захотела? Прекрасно. Завтра в шесть утра — первая электричка. Собирай свои рассаду, банки и тряпки. И чтобы тебя здесь до зимы не было видно. А лучше — вообще никогда не возвращайся.
— Но у меня давление… — пробормотала Марфа, окончательно сникнув. Вся её надменность испарилась без следа, осталась лишь злобная и жалкая старуха.
— Давление у тебя от злобы, — отрезала Ирина. — Уходи отсюда. Ложись спать. И молись, чтобы завтра я проснулась в хорошем настроении.
Марфа с трудом поднялась на ноги и даже не осмелилась встретиться с ней взглядом. Схватив свой пакет с бутылками, она поплелась к выходу, тихо бормоча что-то себе под нос. Шорох её тапочек теперь звучал тоскливо и бессильно.
Когда дверь за ней захлопнулась, Ирина глубоко выдохнула. Руки всё ещё слегка подрагивали — но это был отклик адреналина, а не страха.
Она взяла бокал с коньяком, подошла к мойке и вылила напиток в раковину: янтарная жидкость исчезла в сливе без следа.
После этого она разблокировала телефон и открыла контакт, который подруга прислала ей ещё полгода назад — тот самый номер, на который всё никак не решалась позвонить.
«Психолог по кризисным ситуациям. Помощь при зависимостях».
Ирина нажала кнопку «Записаться онлайн».
— Ничего страшного… — произнесла она вслух в тишину своей просторной кухни. — Потерять можно статус… но только не разум.
В гараже стояла её машина: мощная и надёжная как броня. Ключи от неё лежали у Ирины в кармане пиджака — именно там, где им и положено быть.
