— Я звонил тебе три дня назад, — Максим подошёл к столу. — И ясно дал понять, что больше не сможем помогать деньгами. Я говорил о выплатах по ипотеке, долгах и о том, что Оксана ждёт ребёнка.
Оксана удивлённо посмотрела на мужа. Выходило, он уже всё рассказал своей матери.
— Ты что-то путаешь! — Ганна покачала головой. — Ты ни разу не упоминал, что она беременна!
— Но именно это я и подразумевал, мама, — Максим сел рядом с Оксаной и взял её за руку. — Вот почему я так настойчиво просил тебя понять нашу ситуацию.
Воцарилась неловкая тишина. Было очевидно: либо Ганна не обратила внимания на слова сына, либо сознательно их проигнорировала.
— И что теперь? — наконец произнесла она. — На какие средства мне жить? У меня свои планы, обязательства!
— У тебя есть пенсия, — напомнил Максим. — И доход от аренды квартиры бабушки.
— Этого недостаточно! Ты знаешь мои нужды!
— Мама, — голос Максима стал жёстче. — Придётся пересмотреть свои запросы. Мы больше не в состоянии помогать тебе. У нас скоро появится ребёнок, и мы должны думать о его будущем.
Ганна сжала губы и скрестила руки на груди.
— Я твоя мать! Я одна тебя вырастила! Я заслуживаю твоей поддержки!
— Я стараюсь поддерживать тебя настолько, насколько это возможно, — спокойно ответил Максим. — Но не ценой благополучия своей семьи.
— Значит теперь я уже не твоя семья? — свекровь повысила голос. — Эта… эта женщина настроила тебя против родной матери!
— Мама, хватит, — вздохнул Максим. — Никто меня ни к чему не склонял. Это моё личное решение. Мы с Оксаной всё обсудили вместе, но инициатива исходила от меня.
— Не верю! — резко сказала Ганна. — Ты всегда был послушным мальчиком до тех пор… пока она не появилась!
— Мне тридцать четыре года, мама, — покачал головой Максим. — Я давно вырос и сам принимаю решения.
Оксана молча наблюдала за происходящим спором между мужем и его матерью. Она никогда прежде не видела Максима таким решительным в разговоре с Ганной.
— Знаешь что? — вдруг произнесла свекровь и схватила свою сумку со стула. — Раз так обстоят дела – я умываю руки! Не рассчитывайте на мою помощь с ребёнком! Не просите меня сидеть с ним ради ваших развлечений!
— Хорошо, — спокойно ответил Максим. — Мы справимся сами.
Эти слова явно застали её врасплох: она ожидала другого отклика.
— Что?
— Мы справимся без твоего участия, мама, – повторил он ровным тоном.
Ганна растерянно переводила взгляд то на сына, то на Оксану.
— Вы… вы серьёзно?
— Вполне серьёзно, – кивнул Максим. – Это ты предложила такие условия – мы их приняли.
— Но как же так? Я ведь бабушка! У меня есть права!
Максим говорил мягко и уверенно:
— Права у тебя могут быть только те, которые мы как родители готовы предоставить тебе добровольно. Если хочешь быть частью жизни нашего ребёнка – уважай наши решения и границы нашей семьи.
Оксана почувствовала ком в горле: впервые за три года брака она ощутила полную поддержку со стороны мужа; впервые они действительно были едины перед лицом давления извне.
Ганна стояла молча: её план провалился окончательно. Она надеялась вызвать бурю эмоций у сына или хотя бы поколебать его решимость – но ничего из этого не вышло; всё изменилось необратимо.
– Я… я просто хотела помочь… – наконец произнесла она другим тоном – мягким и примирительным.– Вы неправильно поняли мои намерения…
– Нет, мама… – покачал головой Максим.– Ты пришла сюда в шесть утра требовать деньги под предлогом помощи… Давай будем честны хотя бы сейчас: это было именно требование денег…
Свекровь снова поджала губы:
– Ладно… – холодно бросила она.– Раз уж вы всё решили… Тогда я пойду…
Она направилась к двери прихожей… но остановилась у самого выхода…
