— Дарина, ты точно не передумала ехать со мной на дачу? Картошку ведь копать надо, — голос мамы доносился из трубки так отчетливо, что Дарина слышала даже её дыхание.
— Не получится, мам. У меня статья срочная, редактор уже с ума сходит.
Дарина подошла к окну своей арендованной квартиры в центре города и задержала взгляд на людях внизу. Все спешили по своим делам — как и она. Постоянно куда-то торопилась.
— Ну ладно, доченька. Понимаю тебя. Ты же у нас теперь важная персона, — в голосе матери звучала такая гордость, что Дарины стало неловко.
Важная… Всего лишь журналистка в районной газете на полставки: писала заметки о субботниках и школьных соревнованиях. После окончания факультета журналистики она мечтала о крупных городах и серьезных редакциях, но реальность распорядилась иначе.
— Мам, я обязательно приеду на выходных. Обещаю.
— Хорошо, Дариночка. А то вот Зоряна всё спрашивает: когда же ты уже замуж выйдешь? Говорит — засиделась одна.
Дарина скривилась. Этот вопрос тенью следовал за ней с двадцати лет. Сейчас ей исполнилось двадцать восемь — и тема брака стала особенно чувствительной.
— Передай Зоряне: пусть лучше за своими внуками приглядывает.
— Не обижайся, родная моя. Люди ведь из добрых побуждений интересуются.
После звонка Дарина долго сидела у окна, бессознательно перебирая в памяти события последних месяцев. Работа отнимала почти всё время; на личную жизнь его почти не оставалось. Мужчины появлялись — но всегда что-то мешало: то казались слишком простыми, то наоборот — требовали слишком многого.
«Может быть, дело во мне?» — мелькнула мысль, но она тут же оттолкнула её прочь.
Прошла неделя. Поздно вечером зазвонил телефон. На экране высветился номер соседки мамы — и сердце Дарине сжалось от тревоги ещё до того как она ответила.
— Дарина? Это Оксана говорит… Дариночка… С твоей мамой беда случилась… Скорую вызвали… В больницу увезли…
Сердце ухнуло вниз и застучало так сильно, что заложило уши.
— Что произошло?
— Врачи говорят — инфаркт… Приезжай скорее… Она всё про тебя спрашивает…
Дарина мчалась в больницу сквозь ночь и тревогу, мысленно умоляя судьбу: «Только бы мама осталась жива… Я больше никогда не буду откладывать встречи… Приеду хоть завтра копать картошку… Всё сделаю…»
