— Всё в порядке, — ответил он, доставая из холодильника банку пива. — На работе как обычно. Ты ужин приготовила?
— Нет. Я была у нотариуса.
Рука Богдана застыла на полпути к столу. Он медленно повернулся к жене.
— У какого именно?
— У того же, где ты сегодня был.
На кухне повисла гнетущая тишина, плотная и вязкая, словно густой кисель. Богдан поставил банку на стол и опустился на стул напротив Александры. Его лицо приобрело то выражение, которое она про себя называла «режим выживания» — смесь паники и лихорадочного поиска оправданий.
— Саш, я всё могу объяснить…
— Объяснишь. Но сначала послушай меня. Квартира, в которой мы живём, перешла ко мне по наследству. А наследство — это личная собственность и не подлежит разделу при разводе. Любая дарственная, которую ты сегодня подписал, юридически ничтожна — ведь ты не владелец этой квартиры. Ты просто поставил подпись под пустым листом бумаги.
Богдан побелел лицом.
— Откуда ты…
— Я стояла за дверью и записала всё на видео: как твоя мать инструктировала тебя по поводу того, как обмануть собственную жену.
Она положила телефон на стол экраном вверх и нажала кнопку воспроизведения. По кухне разнёсся голос Ларисы: «Наконец-то ты станешь хозяином в доме, а не будешь жить у этой выскочки…»
Богдан закрыл лицо ладонями.
— Это мама… Она уверяла меня, что так будет лучше… Что ты меня не ценишь… Что я имею право…
— Право? — Александра поднялась из-за стола и опёрлась ладонями о его поверхность. — Право четыре года жить в моей квартире, есть за мой счёт и пользоваться моими деньгами? А потом попытаться отобрать последнее напоминание о бабушке? Это то самое право?
— Я не хотел! — вскрикнул он и резко вскочил со стула так, что тот упал назад с грохотом. — Мама давила! Она твердила мне: настоящий мужчина должен иметь имущество! Что я слабак! Что ты мной командуешь!
— И ты снова послушал маму. Как всегда.
Александра вспомнила все эти годы: как Лариса приезжала без предупреждения и придиралась к каждой мелочи в доме; как требовала комплект ключей «на всякий случай»; как намекала ей на то, что жена уделяет сыну слишком мало внимания; как подсовывала Богдану статьи о том, что «умный мужчина обязан контролировать семейный бюджет».
Александра терпела всё это молча: улыбалась ей в ответ, старалась наладить отношения… А свекровь тем временем плела свою сеть из манипуляций и готовила сына к предательству.
— И что теперь? — голос Богдана дрожал от страха. — Саша… Я же просто подписал бумагу! Я даже толком не понял содержание! Мама сказала: формальность!
— Формальность? — переспросила она холодно. — Твоя мать привезла тебя к нотариусу оформить чужую недвижимость на себя через фиктивные документы… А ты называешь это формальностью? Богдан, это мошенничество по статье 159 Уголовного кодекса Украины.
Он попятился назад до самой стены.
— Ты ведь не станешь обращаться в полицию… Мы же семья…
Александра усмехнулась сухо и горько:
— Семья? Семья значит поддержка друг друга… А ты даже не удосужился проверить законность того бреда, который тебе внушает мать! Просто покорно ставил подписи там, где тебе велели!
В этот момент телефон на столе завибрировал от входящего вызова. На экране высветилось имя: «Лариса».
— Отвечай,— произнесла Александра спокойно.— Включи громкую связь.
С дрожащими пальцами Богдан взял трубку и нажал нужную кнопку.
