— Вы хотите, чтобы я была вам служанкой. А я хочу уважения. Пока этого не будет — нам лучше не видеться.
На другом конце линии повисло молчание. Затем голос свекрови стал ледяным.
— Как ты смеешь мне указывать?
— Я никому ничего не приказываю, — спокойно ответила Анастасия. — Я просто говорю, что для меня приемлемо, а что нет. Александр знает, где меня найти.
— Да как ты… — свекровь захлебнулась от ярости. — Ты… ты…
Анастасия отключила телефон. Руки дрожали, сердце билось учащённо. Но внутри было ощущение правильности поступка.
Вечером Александр пришёл домой и сел рядом с ней на диван.
— Мама звонила мне. Сказала, что ты ей нагрубила.
— Я не грубила. Просто сказала правду.
— Она требует, чтобы я поставил тебя на место.
Анастасия посмотрела ему в глаза:
— И что ты ей ответил?
Александр тяжело вздохнул:
— Сказал, что должен всё обдумать. Она разозлилась и заявила, будто я её предаю.
— А сам как считаешь? Ты предаёшь меня или её?
Он долго молчал и наконец произнёс едва слышно:
— Я сам запутался…
Они сидели рядом в тишине. Телевизор был выключен, за окном сгущались сумерки.
— Настя… я не понимаю уже ничего, — пробормотал он, глядя в пол. — Мама говорит одно, ты другое… Я теряюсь между вами.
— А сам что чувствуешь?
— Будто меня рвёт на части…
Анастасия сжала его ладонь:
— Саша, послушай меня внимательно. Я не против твоего общения с мамой и даже готова навещать её вместе с тобой. Но я против того, чтобы мной пользовались как вещью. Чувствуешь разницу?
Он кивнул головой:
— Помнишь твой день рождения три года назад? — начал он вдруг.
— Конечно помню.
— Тогда мама позвонила вечером и сказала, что ей плохо… просила приехать срочно… А потом оказалось — лампочку нужно было поменять…
Анастасия промолчала.
Александр продолжил:
— Тогда я не понял твоей обиды… подумал: ну подумаешь — лампочка! А теперь понимаю: ты хотела провести вечер со мной… а я выбрал мамины капризы…
Она тихо кивнула:
— Да…
Он обнял её крепко:
— Прости… Я тогда правда этого не осознавал…
Они молча сидели так несколько минут. Потом он отстранился немного:
— Но ведь мама не изменится… Она всегда была такой…
Анастасия вздохнула:
— И я этого от неё не жду. Но измениться можешь ты сам: научиться говорить ей «нет».
Он опустил взгляд:
— Она обидится…
Она пожала плечами:
— Пусть обижается… Это её выбор.
Александр встал и начал ходить по комнате взад-вперёд:
— Мне страшно…
Она подошла ближе:
— Чего именно боишься?
Он посмотрел на неё растерянно:
— Что она перестанет со мной разговаривать… Что потеряю мать…
Анастасия взглянула ему прямо в глаза:
― Саша… если твоя мама перестанет общаться с тобой только потому, что ты отказался выполнять каждую её прихоть ― подумай: это любовь или манипуляция?
Его лицо побледнело ― кажется, до него начало доходить по-настоящему.
Пятого января вечером он вернулся домой с пакетами продуктов в руках.
― Я подумал… может поужинаем вместе? ― спросил он немного неловко.
Она кивнула в ответ. Они вместе приготовили еду и накрыли стол; устроились друг напротив друга за ужином.
― Мама обиделась ― сказал Александр между делом ― Я пытался поговорить с ней спокойно… Объяснил: нам нужно выстраивать отношения иначе…
― И как она отреагировала?
― Обвинила меня в предательстве… Сказала: выбираю жену вместо матери…
Анастасия положила вилку на край тарелки и посмотрела на него внимательно:
― И что же ты ей сказал?
― Что выбираю свою семью… То есть тебя… ― Он встретился с ней взглядом ― Она выгнала меня из дома…
― Совсем выгнала?..
― Велела больше не приходить до тех пор пока «не образумлюсь».
Она промолчала; понимала всю тяжесть происходящего для него сейчас.
― Саша… мне жаль тебе больно… Но ты сделал правильный шаг…
― А если она так никогда больше со мной и не заговорит?..
― Тогда это будет её решение… Не твоё…
Они доели ужин молча; потом Александр помог убрать посуду и вымыть всё на кухне. Позже они устроились в гостиной рядом друг с другом на диване.
― Настя… знаешь о чём я думал? Мама действительно обращалась с тобой как со служанкой… Прости меня за то, что раньше этого даже не замечал…
Она взяла его руку в свою ладонь нежно:
― Главное – теперь увидел…
Он замолчал ненадолго; потом снова заговорил серьёзным тоном:
― Но ведь дальше будет только труднее… Мама начнёт давить ещё сильнее – манипулировать через жалость или чувство долга…
Она кивнула спокойно:
― Знаю это прекрасно… Поэтому тебе придётся каждый раз выбирать – поддаться или защитить нас обоих…
Он утвердительно качнул головой:
― Готов стараться… Только мне нужна твоя поддержка – одному сложно справляться…
Она улыбнулась мягко:
― Мы научимся вместе…
Они сидели рядом на диване рука об руку; за окном медленно кружился снег – внутри квартиры было тепло и спокойно после бурных дней переживаний и разговоров о будущем пути вдвоём без давления извне.
Спустя паузу Александр вдруг спросил серьёзно глядя ей прямо в глаза:
– Настя… а ты правда думала о разводе?..
– Думала – честно призналась она – Мне было невозможно жить дальше так же как раньше… Либо всё меняется – либо ухожу…
– И почему осталась?..
– Потому что ты изменился… Ты наконец услышал меня по-настоящему…
Он крепко прижал её к себе:
– Прости за то время которое понадобилось чтобы понять всё это…
Они просидели так долго без слов; потом Александр произнёс задумчиво:
– Завтра попробую снова позвонить маме поговорить ещё раз…
– Не стоит сейчас – покачала головой Анастасия – Дай ей время успокоиться хотя бы пару недель…
– А если она вообще отвернётся от меня?
– Тогда это будет исключительно её выбор Саша… Но я уверена: настоящая мать сына просто так не бросит только потому что он перестал плясать под дудку.
Он кивнул медленно; но тревога всё ещё читалась у него в глазах.
На следующий день шестого января Анастасия вышла на работу; Вера тут же окружила её вопросами:
– Ну рассказывай! Как праздники прошли?
– Непросто конечно… но кажется мы с Александром начинаем понимать друг друга…
– А свекровь?
– Обижена сильно – молчит пока…
– Что теперь будете делать?
Анастасия пожала плечами:
– Посмотрим со временем как пойдёт дело дальше… Но прогибаться больше точно никто из нас не собирается.
Вера крепко обняла подругу:
– Молодец! Горжусь тобой!
Вечером Александр снова был дома первым; приготовил ужин сам накрыл стол аккуратно до мелочей.
Они ели неспешно обсуждая дела рабочие планы семейные мелочи.
Вдруг он сказал задумчиво:
–– Настя… понимаю теперь одно: это лишь начало всего пути впереди…
–– Почему думаешь будет сложнее?
–– Потому что мама этого просто так не простит никогда… Она обязательно попытается вернуть контроль над ситуацией всеми возможными способами…
–– Да… И каждый раз тебе придётся принимать решение самостоятельно…
–– Но ведь ты будешь рядом?
–– Конечно буду если только сам останешься рядом со мной…
Он протянул руку через стол коснулся её ладони:
–– Буду! Обещаю!
Так они сидели держась за руки понимая насколько непростым окажется путь впереди.
Марфа была женщиной непреклонной натуры – звонки жалобы давление через родню были вполне ожидаемы.
Но Анастасия была готова ко всему этому заранее.
Границы были обозначены чётко – уступок больше быть не должно.
И главное: Александр сделал первый шаг навстречу правде которую прежде видеть отказывался.
История их семьи пока далека от счастливого финала примирения всех сторон.
Марфа продолжает хранить молчание игнорируя звонки сына.
Но ни один из них уже больше не стремится любой ценой восстановить контакт любой ценой ради мнимого спокойствия.
Теперь они учатся жить вдвоём строя свою семью свои правила свои отношения заново –
И пусть это трудно –
Зато честно.
