— Восемьдесят тысяч? Ты серьезно? — Богдан оторвался от экрана телефона и уставился на Елену так, будто она только что сорвала джекпот.
Елена кивнула, снимая куртку. Двадцать восьмое декабря выдалось настоящим безумием — поставщики требовали переводы до конца года, водители задерживались, а склад ломился от заказов. Но в самом конце рабочего дня Александр вызвал её к себе и сообщил о премии. Годовой. За отличную работу.
— Представляешь! — Елена прошла на кухню и открыла холодильник. — Я думала, максимум дадут тысяч пятьдесят, а тут такой сюрприз. Сразу закажем материалы для ремонта ванной — мы же уже полгода это откладываем.
— Подожди-подожди, — Богдан поднял руку и прижал телефон к уху. — Мам, подожди минутку.
Елена обернулась. Конечно же Маричка. Свекровь звонила каждый вечер, а иногда и по два раза в день: то совет дать, то пожаловаться на соседей, то узнать подробности ужина Богдана.
— Слушай, а сколько вообще стоит этот ремонт? — спросил он, глядя в окно.
— Материалы обойдутся примерно в тридцать тысяч, работа еще двадцать, — Елена достала контейнер с салатом из холодильника. — Хочу еще десятку положить на досрочное погашение ипотеки. Остальное пусть будет про запас.
Богдан что-то быстро зашептал в трубку. Елена напряглась: этот тон она знала слишком хорошо — когда муж сговаривался с матерью о чем-то важном для их семьи без её участия.
— Мамочка, да-да… сейчас скажу ей, — Богдан повернулся к жене с улыбкой. — Слушай, мама решила устроить праздник тридцать первого числа. В ресторане «Огонёк», помнишь? Мы там твой день рождения отмечали.
— Помню… И?
— Она хочет встретить Новый год вместе с подругами. Человек тридцать соберется. Всё красиво будет… по-современному.
— Хорошо… Передай ей мои поздравления, — Елена взяла вилку из ящика.
— Ты оплатишь это мероприятие, — сказал Богдан так буднично, словно попросил налить воды.
Елена медленно положила вилку на столешницу.
— Что значит «я оплачу»?
— Ну как… У меня зарплата в этом месяце маленькая вышла: декабрь неудачный по продажам был… А у тебя премия есть! Мама уже всё организовала: столик заказан, меню выбрано… Пятьдесят тысяч выйдет примерно – ты покроешь расходы?
— Подожди-ка… Меня вообще кто-нибудь спросил? — Елена закрыла контейнер обратно крышкой.
— А что тут спрашивать? Деньги ведь есть! И вообще – мама пригласила тебя как почётного гостя! Это же знак уважения!
— Уважения? – переспросила она холодно. – Оплатить чужой банкет – это теперь называется уважением?
— Не чужой! Мамин! – повысил голос Богдан. – Она всю жизнь старалась ради меня! А ты не можешь один раз помочь?
— Я не против помочь… Но почему решение принимается без моего ведома? Почему сначала бронируют ресторан и составляют меню… а потом просто ставят перед фактом?
— Потому что тут нечего обсуждать! – он убрал телефон в карман куртки. – У тебя есть деньги – вот и всё! Или ты жадная?
Последнее слово повисло тяжёлым эхом между ними. Елена посмотрела на мужа: знакомое лицо рядом уже пять лет… но сейчас оно казалось ей чужим. Он стоял с руками на груди и смотрел сверху вниз так уверенно… будто даже не сомневался в её согласии.
— Я пойду в комнату… — сказала она спокойно и вышла из кухни с контейнером салата в руках.
— Елена! Это же мама! – донесся вслед голос мужа.
Она закрыла за собой дверь спальни и прислонилась к ней спиной. Руки дрожали от напряжения. Восемьдесят тысяч гривен премии… Радость длилась всего полчаса: за это время она успела представить новую плитку для ванной комнаты – белую с голубыми узорами; подумать о частичном погашении ипотеки; мечтать о поездке летом куда-нибудь подальше от дачи свекрови…
А теперь эти деньги уже распределили за неё самой…
Телефон завибрировал: сообщение от Богдана гласило «Не дуйся. Мама ждёт ответа».
Елена бросила телефон на кровать и наконец открыла контейнер с салатом. Аппетита не было совсем… но она методично жевала листья капусты и смотрела перед собой невидящим взглядом.
За пять лет брака она привыкла к тому, что Маричка вмешивается во всё подряд: учит варить борщ; критикует уборку; намекает про детей… И Елена терпела это молча: улыбалась; соглашалась; делала вид заинтересованной…
Но деньги были другим делом entirely…
Последние два года именно она тянула большую часть расходов семьи одна: Богдан работал продавцом-консультантом техники – доход зависел от продаж; когда шло хорошо – приносил домой около сорока тысяч; когда плохо – пятнадцать максимум…
А ипотеку нужно платить ежемесячно: тридцать восемь тысяч плюс коммуналка плюс еда плюс транспорт…
Елена трудилась менеджером по закупкам продуктов питания в крупной торговой сети: стабильная зарплата пятьдесят пять тысяч гривен ежемесячно; из них почти вся сумма уходила на кредит по квартире; остальное шло на текущие нужды…
Богдан свою часть кредита платил нерегулярно: то продажи упали; то премию не дали; то ещё какие-то причины находились… И всё это время Елена молчала: платила сама за двоих; экономила буквально во всём; покупала одежду только со скидками; обедала исключительно на работе…
И вот теперь ей просто сообщили: её первая годовая премия уже потрачена заранее… На банкет для свекрови…
Доев салат до конца механически, она легла поверх покрывала лицом вверх… Из кухни доносились звуки посуды — видно было по шуму микроволновки или кастрюль — Богдан разогревал себе ужин…
Она закрыла глаза и попыталась уснуть… Но сон не приходил…
Около половины одиннадцатого дверь спальни приоткрылась:
— Ты спишь?
— Нет… — ответила она тихо.
Богдан прислонился к косяку:
— Ну так что ты решила? Маме надо ответ дать — она нервничает уже…
Елена приподнялась:
— Передай маме… я подумаю ещё немного…
Он усмехнулся:
— О чём тут думать-то? Деньги есть — оплачиваешь банкет — всё просто!
Она устало вздохнула:
— Я очень устала сегодня… Давай поговорим утром?
Он раздражённо фыркнул:
— Завтра уже двадцать девятое число! Маме продукты надо заказать заранее! С рестораном окончательно договориться!
Её голос оставался спокойным:
— Двадцать девятое ещё не тридцать первое… Утро вечера мудренее…
Богдан постоял пару секунд у двери молча… потом резко хлопнул ею напоследок…
Из гостиной донеслись звуки телевизора — громче обычного…
Она натянула одеяло до плеч и уставилась в темноту комнаты…
Завтра утром всё решится…
***
Утро двадцать девятого декабря началось тем фактом, что Богдан ушёл из дома молча: оделся быстро, взял сумку и вышел даже не попрощавшись…
Дверь хлопнула за ним резко… И тогда Елена облегчённо выдохнула…
