В толпе особенно выделялись Анастасия с заметно округлившимся животом, раскрашенная так, будто готовилась к ритуалу, и дородная женщина средних лет с бубном в руках. Они прошли мимо нас с Дарыной. Дочка удивленно ткнула пальцем в сторону Анастасии:
— Это моя тетя?
— Нет, просто похожа, — поспешила я ответить и постаралась как можно быстрее покинуть двор.
Позже стало ясно: это была группа поддержки Анастасии. Они настраивали её не слушать никого, кроме собственного сердца. До нас с мужем доходили обрывочные слухи — якобы вместо врачей сестру навещали даже священники из разных конфессий. Никита только покрутил пальцем у виска и поделился тем, как тяжело сейчас приходится Владиславу:
— Анастасия его окончательно измучила. Требует участвовать в каких-то обрядах по изгнанию нечистой силы ради рождения здорового малыша. Только куда он эту «нечисть» выгонит? Из собственной беременной жены?
Слова мужа показались мне обидными, мы повздорили и провели ночь в разных комнатах. Но внутри я понимала — Никита во многом прав. Анастасия действительно зациклилась на идее родить ребёнка любой ценой, даже если для этого придётся потратить целое состояние.
Владислав не выдержал и ушёл из дома, забрав Тараса с собой. Анастасия даже не отреагировала — лишь бросила через плечо:
— Меня уже предупреждали: муж может предать. Ну и пусть уходит! Зато я рожу самого сильного и отважного ребёнка! Это мой вклад в будущее человечества.
После этих слов смеяться совсем не хотелось — слишком уж они напоминали бред величия…
Позже Владислав, немного подшофе, попытался объяснить мне своё решение:
— Пойми правильно: я должен был защитить пацана от такой матери. Кто-то внушил ей, что из Тараса надо изгнать каких-то духов ради благополучных родов… Что мне оставалось делать? Вот я и ушёл от твоей сестры…
Несколько месяцев о нём ничего не было слышно. За неделю до предполагаемых родов он вернулся к Анастасии — хотел убедиться, что она спокойно родит малыша. Как только всё произошло, он сразу же направился в послеродовую палату к жене. Меня же довольно быстро попросили уйти.
Через полтора часа Владислав появился снова — лицо его выражало облегчение после трудного решения.
— Ещё один мальчик, как мы и ждали… — сказал он устало, снимая перчатки. Радости на лице почти не было видно; он старался держаться уверенно и спокойно. Почти всю ночь принимал поздравления по поводу прибавления в семье.
Первые полгода всё шло относительно спокойно. Но вскоре я начала замечать странности: маленький Александр плохо координировал движения — не переворачивался сам, едва мог схватить игрушку или сфокусировать взгляд; даже при поддержке стоять на ножках ему было трудно.
— Ты бы показала мальчика хорошему специалисту… С ним явно что-то неладно… — как-то сказала Наталья.
Анастасия вспыхнула:
— Да что ты ко мне пристала?! Я немного болела тогда… Может быть, он это чувствует!
Спустя пару месяцев после первого дня рождения Александра Владислав настоял: ребёнка нужно показать врачу. Диагноз оказался страшным — ДЦП. Зять выглядел так, будто за одну ночь поседел:
— Мы все её уговаривали отказаться от этой беременности… Она знала о высоком риске! Но кого она слушала? Никого! Потому что уверена: только она знает истину!
Наталья молчала; ведь именно она годами внушала Анастасии такую модель поведения.
Однажды мама позвонила мне будничным голосом:
— Забирай Дарыну и езжай к Анастасии! Этот мерзавец Владислав сбежал вместе с Тарасом! Присмотришь за Александром — мне нужно отвезти сестру к врачу!
Я начала было возражать:
— Я не могу…
Но Наталья резко оборвала меня:
— Не интересует! Немедленно езжай! Твоей сестре плохо! Ты снова думаешь только о себе!
Я ненавижу моменты, когда остаюсь одна с Александром… Чувство беспомощности разрывает меня изнутри: я ничем не могу помочь этому малышу… Он ещё слишком мал для слов… К тому же у него серьёзные психические нарушения: стоит чему-то пойти «не так», как он начинает истошно кричать и бьёт себя по голове… Мне уже несколько раз приходилось оставаться с племянником одной… Но дочь я никогда при этом не брала с собой – слишком страшные сцены ей пришлось бы видеть…
— Сейчас отвезу Дарыну к родителям Никиты и приеду позже… — сказала я тогда Наталье.
Но та закричала:
— Никуда ты её не повезёшь! Пусть играет с Александром – ему нужна компания детей!
Я поступила так, как считала правильным… Когда приехала одна – без дочери – Анастасия расплакалась навзрыд:
— Ты никогда обо мне не думала! И сейчас тебе плевать на моего сына! За что мне всё это?!
Наталья заявила о своём разочаровании моим эгоизмом… Но мне уже было всё равно… Почему моя дочь должна страдать ради их прихотей? Тем более у неё в это время были занятия по фортепиано – туда её водит свекровь Никиты…
