Дверь отворилась бесшумно — Ирина недавно смазала петли, чтобы не скрипели. Она вошла, стряхивая с ботинок влагу, и замерла на пороге. Из кухни доносились звуки: хлопанье дверцы холодильника, шелест пакетов и приглушённое сопение.
«Не может быть… — пронеслось в голове. — Соседка? Нет, она же сегодня уехала».
Ирина осторожно прошла по коридору, прижимая к себе сумку с покупками, сделанными после работы. В кухне царил беспорядок: на столе громоздились банки с икрой, сыры, колбасы и упаковки дорогого кофе. У распахнутого холодильника стояла женщина в рыжем пуховике, повернувшись спиной. В руках у неё был огромный спортивный пакет, куда она торопливо укладывала йогурты и деликатесы.
— Леся?! — вырвалось у Ирины прежде, чем она успела осмыслить происходящее.
Золовка резко обернулась. В руке застыла упаковка элитного норвежского лосося. На лице промелькнуло выражение испуга вперемешку с раздражением, но почти сразу оно сменилось наглой улыбкой.
— Ирина! А я думала, ты сегодня в ночь! — её голос звучал нарочито весело.
— Что ты здесь делаешь? — холод пробежал по телу Ирины. — И как ты попала в мою квартиру?
Леся небрежно махнула рукой и продолжила складывать продукты в сумку.
— Ключи? Так ты же сама мне их дала на прошлой неделе — когда я за книжкой заходила! Забыла уже? Я просто подумала: раз ты на смене ночью — продукты могут испортиться. Вот и решила забрать себе, чтобы не пропали зря.
Наглость этой лжи буквально лишила Ирину дара речи. Она точно знала: ключей Лесе никогда не давала. После смерти мужа год назад отношения между ней и его сестрой стали откровенно натянутыми. Леся была уверена: квартира должна принадлежать ей, а не «этой чужачке», как она называла Ирину за спиной.
— Верни всё обратно на место… — голос Ирины прозвучал тихо, но твёрдо. — И отдай ключи.
— Ну зачем так остро реагировать? — фыркнула Леся и затянула узел на переполненном пакете. — Я ведь родня тебе! Что ты как с посторонней разговариваешь? Да и Александр бы не возражал — я ему сестра всё-таки… а ты всего лишь…
Она не договорила фразу до конца, но её пренебрежительный жест сказал больше любых слов.
Ирина крепко сжала кулаки. За этот год ей пришлось пройти через многое: одиночество после утраты мужа, постоянную борьбу за своё место в этой квартире… Сначала Леся изображала сочувствие, а потом начала требовать «вернуть семейное добро». Уже успела забрать картины и сервиз свекрови. А теперь вот решила прибрать к рукам еду под предлогом родственных связей.
— Уходи из моего дома… — голос стал резким и ледяным одновременно. — Пакет оставь здесь.
Леся лишь усмехнулась в ответ, схватила второй мешок с продуктами и направилась к выходу.
— Перестань устраивать сцены… Завтра созвонюсь с тобой.
В этот момент внутри Ирины что-то надломилось окончательно. Год молчания ради памяти мужа закончился именно сейчас. Леся перешла черту окончательно.
— Хорошо… — неожиданно спокойно произнесла Ирина. — Забирай всё сейчас. Только учти: завтра мне рано вставать на работу… Но раз уж у тебя есть ключи – можешь зайти сама за остальным… Только заранее предупреди меня об этом.
Леся остановилась у двери; её удивление было видно даже со спины…
