Дверь в прихожую легко поддалась под привычным нажимом ладони. Я всегда следила за тем, чтобы петли были смазаны — не выносила скрипа. В нашем доме он звучал бы как предательство. Но сейчас тишина была другой — плотной, напряжённой, словно воздух стал вязким и тяжёлым. Я сняла туфли на каблуках, машинально поставила их на полку и прошла по коридору в одних колготках. Ни единого звука.
Из гостиной доносился голос Оксаны, моей невестки. Низкий и доверительный — таким тоном она разговаривала только с Дмитрием. Я остановилась у стены, вовсе не собираясь подслушивать — просто хотела снять с плеча сумку. И тогда услышала:
— …да, я уже перерезала тормоза. Увидимся завтра…
Эти слова прозвучали буднично, почти ласково. Как будто она сообщала: «я купила молоко» или «забрала пальто из химчистки». В них не было ни страха, ни злобы — только сухая уверенность. Спокойный факт. Безжалостный.
Мир перед глазами не поплыл — наоборот, стал предельно чётким и резким. Я различила каждую пылинку в солнечном луче из приоткрытой балконной двери; заметила облупившуюся каплю жёлтой краски на плинтусе — ту самую, которую мы с Дмитрием так и не закрасили; услышала тиканье часов в столовой — раньше оно терялось в фоновом шуме жизни. А внутри что-то щёлкнуло. Не сломалось — именно щёлкнуло: как ключ поворачивается в замке с идеально отлаженным механизмом.
Я не закричала и не бросилась в комнату с упрёками или криками. Несмотря на дрожь внутри каждой клетки тела, я подчинилась новому состоянию — холодному и точному, как механизм вместо души. Развернулась и бесшумно вышла из квартиры на носочках в тонких колготках, аккуратно прикрыв за собой дверь. Рука осталась спокойной.
На лестничной площадке я прислонилась к прохладной стене и достала телефон из сумки. Пальцы сами набрали номер эвакуатора; голос мой звучал ровно и без эмоций.
— Нужно забрать машину… Улица Гагарина, 15… Сейчас… Да, белая Toyota… Ключи оставлены в замке зажигания… Документы передаст водитель… Да-да, я жду.
Я спустилась вниз на лифте и вышла во двор к подъезду. Стояла напротив своей машины — хотя теперь она уже словно перестала быть моей — белой Corolla, купленной три года назад после повышения по службе. На ней я возила внучку Юлию утром в школу вместо Оксаны, когда та «не могла выспаться». На бампере виднелась старая царапина: Дмитрий ещё до свадьбы плохо припарковался однажды во дворе… Я смотрела на всё это без чувств — только холодная ясность заполняла меня целиком.
Подъехал эвакуатор: мужчина лет пятидесяти с усталым лицом молча кивнул мне.
— Эта? Документы где?
— В бардачке… Куда повезёте?
Я назвала адрес — совсем не тот, что вертелся у меня в голове первым делом… другой: тот самый дом со старыми синими ставнями в частном секторе старого района… Адрес был знаком мне давно, но никогда прежде им не пользовалась.
— Это подарок… от вашей дочери… Передайте хозяйке дома…
Он чуть приподнял бровь от удивления, но вопросов задавать не стал: видно было — привык делать своё дело без лишнего интереса за доплату или без неё вовсе. Прицепил машину к платформе эвакуатора и уехал.
Я смотрела вслед удаляющейся машине… моей прежней жизни… маленькой надёжности на четырёх колёсах… Пока она качалась на платформе всё дальше от меня – только тогда тело позволило себе дрожь: мелкую судорогу по всему телу – как будто стояла босиком среди зимы… Потом я глубоко вдохнула – медленно – и направилась обратно домой.
В квартире Оксана уже сидела одна перед телевизором – смотрела сериал вполглаза и ела йогурт ложкой прямо из стаканчика.
— Ой! Лариса? Ты уже дома? Я даже не услышала! А где машина? – спросила она рассеянно, даже взгляда от экрана не отвела.
— Отдала её срочно на техобслуживание… лампочка загорелась какая-то странная… Завтра вернут…
Голос мой звучал естественно – даже для самой себя неожиданно спокойно.
— Понятно… – она провела ложкой по стенке стаканчика йогурта задумчиво.– Я Дмитрию звонила сегодня – он завтра к обеду возвращается из командировки… Поужинаем вместе?
— Конечно же… – ответила я с улыбкой; та легла поверх лица точно маска по форме лица актрисы.– Что-нибудь вкусное приготовлю…
Ночь я не спала.
