— Она ведь напоминает. Не прямо, конечно, но каждый раз, когда просит денег, обязательно вставит: «Я же тебе никогда не вспоминаю, как ты тогда взял у меня на мотоцикл и не вернул. Не то что некоторые дети — матери за каждую копейку глаза выкалывают».
Дарина ощутила, как внутри все начинает закипать. Вот оно — чистейшая манипуляция. Отточенная годами уловка. Марфа уже тринадцать лет держала сына в ловушке чувства вины.
— Ты понимаешь, что она тобой управляет?
— Нет… Просто она моя мама. Она правда многое сделала для меня.
— Потому что сама так решила! Это был ее выбор — родить тебя. За это ты ей ничем не обязан!
Но Богдан лишь покачал головой.
— Ты не поймешь… Тебе этого не понять.
Опять эта фраза — «ты не поймешь». Дарина развернулась и ушла в спальню. Продолжать спор было бессмысленно.
***
В воскресенье, шестнадцатого января, около двух часов дня раздался звонок в дверь. Дарина открыла — на пороге стояла Марфа с пакетом в руках.
— Добрый день, — произнесла свекровь холодно. — Я к сыну.
— Проходите.
Марфа прошла внутрь и поставила пакет на стол. Из ванной вышел Богдан.
— Мам! Почему ты заранее не сказала?
— Захотелось заглянуть. Вот пирог принесла.
Дарина бросила взгляд на пакет: прозрачная упаковка с наклейкой из супермаркета «Перекресток», цена — 389 гривен. Значит, дело вовсе не в нехватке средств, а просто нет желания тратиться ни на кого кроме себя самой.
— Спасибо, мам. Сейчас чайник поставлю.
— Богданчик, сыночек мой… — начала Марфа за столом. — Соседка рассказала мне тут про набор сотрудников на почте… Я думала сходить узнать… Но понимаешь…
Дарина напряглась: сейчас начнется очередной заход.
— Зарплата там смешная — пятнадцать тысяч всего. А коммуналка у меня двенадцать выходит! На что жить-то? Вот я и подумала: может быть, ты мог бы помогать мне регулярно? Ну хотя бы по двадцать пять тысяч каждый месяц? Тогда я бы по мелочам тебя больше не тревожила…
Дарина отложила ложку:
— Марфа Ивановна, вы серьезно рассматривали вариант трудоустройства?
Свекровь посмотрела так, будто Дарина предложила ей таскать мешки с цементом:
— Я тридцать пять лет отработала! С утра до вечера! Имею право наконец-то отдохнуть!
— Вам всего пятьдесят четыре года. Это еще далеко не пенсионный возраст. Многие работают и после семидесяти…
— Ну извините меня! Я же не железная! У меня спина болит постоянно! Ноги отекают! Давление скачет туда-сюда! Врачи сами говорят: отдых необходим!
— Тогда покажите медицинские заключения. Если есть противопоказания к работе — мы все поймем.
Свекровь резко вскочила:
— Так вот как теперь?! Ты еще и справки требовать будешь?! Богданчик, слышишь?! Что твоя жена говорит?!
Богдан сидел молча с опущенной головой.
Дарина продолжила спокойно:
— У нас ипотека за квартиру: тридцать тысяч ежемесячно уходит только на нее. Половину зарплаты Богдана съедает кредит сразу же. Остается двадцать тысяч максимум. Я получаю тридцать пять тысяч гривен в месяц… Мы вдвоем едва-едва справляемся со всеми расходами: коммунальные платежи, еда, транспортные расходы, одежда… Все требует денег… Откуда нам взять еще двадцать пять для вас?
Марфа схватилась за сумку:
— Значит себе хватает?! А матери жалко?! Всё ясно… Богданчик мой родной… Теперь сам решай: кто тебе ближе — мать родная или вот эта…
Она замолчала недоговорив фразу вслух; взгляд её выразил всё без слов.
Богдан наконец заговорил:
— Мам… подожди… Не надо так…
Марфа отвернулась:
— Мне больше нечего здесь делать!
Дверь захлопнулась с грохотом; наступила тишина.
Богдан продолжал смотреть в стол перед собой; Дарина наблюдала за ним и чувствовала: что-то надломилось внутри него… возможно навсегда…
Она прошептала:
— Ты даже слова за меня не сказал…
Он тихо ответил:
— Я просто… я растерялся…
Дарина покачала головой:
— Не нужно было ничего говорить… Нужно было просто быть рядом со мной… Но ты снова выбрал её…
Богдан поднял глаза:
— Я никого не выбирал!
Дарина горько усмехнулась:
— Именно это и есть выбор – когда ты ничего не выбираешь…
***
В среду Дарина встретилась с Юлией в уютном кафе неподалёку от офиса. Подруга внимательно слушала рассказ Дарины; лицо её становилось всё более серьёзным с каждой минутой.
Юлия нахмурилась:
― Дашенька… ну ведь так дальше нельзя жить…
― Понимаю… Но он её просто не слышит… Для него она всегда будет бедной несчастной матерью-одиночкой…
Юлия крутила стакан с соком между ладонями:
― Слушай… А ты пробовала открыть отдельный счёт?
― Что ты имеешь в виду?
― Ну чтобы свою зарплату переводить туда отдельно от общей карты? Пусть Богдан распоряжается своими деньгами как хочет – если хочет отдавать матери – пожалуйста! Только пусть делает это из своей части бюджета!
Дарина задумалась над словами подруги – идея была простой до банальности… но почему-то раньше ей это даже в голову не приходило…
― Это ведь…
― Это абсолютно нормально! ― перебила Юлия уверенно ― Множество пар живут именно так: у каждого свой счёт – общие траты пополам – хочешь кому-то помогать? Вычитай из своей доли!
Дарина хотела возразить «но мы же семья», но вовремя остановилась и сказала иначе:
― Но мы вместе…
Юлия пожала плечами:
― Пока ты его подстраховываешь – он никогда проблему даже видеть не начнёт… Он знает: если что – ты прикроешь тылы… А вот когда останется без денег даже на обед из-за мамочкиных запросов – может тогда хоть немного призадумается…
Весь вечер Дарина мысленно возвращалась к этому разговору снова и снова… С одной стороны казалось предательством начать делить финансы отдельно… С другой стороны – а разве они сейчас живут как настоящая пара? Скорее уж как соседи по квартире…
В пятницу вечером по пути домой Дарине случайно повстречалась Лариса – соседка Марфы по лестничной клетке; пожилая женщина тащила тяжёлую сумку с продуктами вверх по ступенькам.
― Позвольте помочь вам ― предложила Дарина и взяла сумку ― вместе они поднялись до четвёртого этажа
Лариса благодарно улыбнулась:
― Спасибо тебе большое… Совсем сил нет уже таскать такое самой… Раньше всё проще было — цены ниже были — люди добрее…
Женщина говорила почти машинально; Дарине многое проходило мимо ушей — пока вдруг она ясно услышала знакомую фамилию
― Вот ваша Марфа например — третий месяц восемнадцать тысяч должна мне вернуть!… В октябре заняла срочно — обещала до ноября вернуть — ноябрь прошёл — декабрь тоже — уже январь заканчивается — ни копейки обратно!
Дарину словно током ударило
― Простите?.. Какая Марфа?
Лариса удивлённо посмотрела
― Ну ваша свекровь же!.. Соседка моя!.. Говорит всем подряд что денег нет совсем — еле выживает бедняжка!.. А сама недавно новые сапоги купила – я видела ценник ещё торчал снизу подошвы – двенадцать тысяч стоили!… Каждую неделю киношки смотрит!… В прошлое воскресенье сидела одна-одинёшенька в торговом центре кофе пила!… Между прочим кофе там стоит двести пятьдесят гривен чашечка!… А мне вернуть долг никак нельзя видите ли…
Дарину охватило странное чувство пустоты внутри – будто всё перевернулось вверх дном…
