Колбаса сырокопченая — три палки. Красная икра — две банки. В сумме… Ничего себе! Пять тысяч гривен.
Мария подняла взгляд на Елену.
— Елена, вы же вчера у Дениса просили пять тысяч на «неотложные сердечные лекарства»? Рыдали, уверяли, что умираете, а денег на таблетки нет. Денис снял последние средства с карты, мне ничего не сказал, но я увидела уведомление от банка.
Денис поднялся. Теперь он смотрел на мать уже не с раздражением, а с отвращением.
— Мама? — произнёс он тихо. — Ты говорила, что тебе назначили редкое лекарство. А вместо этого купила коньяк и панталоны за сто гривен только для того, чтобы унизить мою жену?
— Это недоразумение! — взвизгнула Елена, чувствуя, как под ногами словно исчезает опора. — Это кассир ошибся! Мне это подбросили!
— А бутылка коньяка в твоей сумке тоже случайно туда попала? — вмешалась Леся. — Ну-ка открой свою сумочку, «больная» ты наша.
— Не смейте! — завыла свекровь.
Но было уже поздно. Вся интрига рассыпалась в прахе разоблачения. Мария подошла к мужу и мягко положила руку ему на плечо.
— Денис, не надо дальше. Пусть оставит себе всё: и панталоны эти жалкие, и коньяк свой дешевый… и совесть тоже пусть при ней останется.
Но история ещё не завершилась. Когда судьба решает ударить по-настоящему — она делает это дважды подряд.
К их столу подошёл администратор ресторана с папкой в руках.
— Простите за беспокойство, — произнёс он вежливо и уверенно. — Мария, у нас возник вопрос по поводу дополнительного заказа.
— Какого ещё заказа? — удивилась Мария. — Банкет был полностью оплачен заранее.
— Да, основное меню действительно оплачено заранее, — подтвердил администратор с лёгким кивком. — Но ваши гости с той стороны стола… — он указал в сторону «родни», — за вечер заказали дорогой алкоголь и блюда навынос. Утверждали при этом, что платит именинница. Общая сумма получилась немаленькая.
Мария перевела взгляд на Степана: тот неловко пытался спрятать под столом пакет с контейнерами еды. Затем посмотрела на Оксану: та внезапно увлеклась своим маникюром как никогда раньше. И наконец взглянула на Елену: та всё ещё крепко прижимала к себе сумку с бутылкой коньяка внутри.
Это был момент принятия решения. Она могла поступить как прежде: оплатить всё молча ради спокойствия и «чтобы не выносить сор из избы». Могла проглотить обиду снова…
Но она лишь улыбнулась.
— Знаете что… — громко сказала Мария администратору и одновременно посмотрела прямо в глаза свекрови. — Здесь произошло недоразумение: эти люди не мои гости.
В зале повисла звенящая тишина.
— Как это не твои?! — едва не поперхнулся воздухом Степан. — Мы же родня!
— Родственники те, кто любит и уважает друг друга по-настоящему, — отчётливо произнесла Мария. — А вы просто чужие люди… пришли поесть за чужой счёт и плюнуть мне в душу напоследок. Я оплачиваю только этот стол… своих друзей, коллег и Лесю вот тоже включаю сюда… А за тот край стола пусть каждый платит сам за себя… У Елены как раз освободились пять тысяч гривен от «лекарств».
— Ты не посмеешь так поступить! — взвизгнула Оксана истерично.— У нас нет денег!
— Это уже вне моей компетенции,— спокойно ответила Мария и отвернулась.— Денис… ты со мной?
Муж бросил взгляд сначала на мать… потом на сестру… затем задержался на дяде Степане: тот уже начал вытаскивать котлеты обратно из контейнеров на тарелку в панике перед расплатой… Что-то внутри него оборвалось окончательно… Та самая невидимая нить зависимости от чувства долга перед семьёй лопнула безвозвратно…
— Уходим отсюда, Мария!
Он взял жену за руку – крепко – словно отпуская прошлое навсегда – и они направились к выходу вместе…
Позади раздался крик:
— Постойте! Денис! Сынок мой!.. Ты бросаешь мать из-за каких-то денег?!
Не оборачиваясь ни разу назад он ответил:
— Я ухожу от тебя не из-за денег… мама… а потому что ты стоишь меньше этих панталон…
Они вышли наружу… На улице их встретил прохладный вечерний воздух – свежий ветер смыл остатки лицемерия вместе с запахом дешёвого алкоголя…
