— Ты снова промолчишь? Опять позволишь им топтать меня ради мнимого спокойствия в доме?
У Оксанки перехватило дыхание. Комок подступил к горлу, но это была не жалость — это была ярость. Она взглянула на мужа. Тарас уставился в тарелку, делая вид, будто куриная ножка требует его полного внимания. Он всё слышал. Но предпочёл молчание.
— Владимир, — вдруг чётко и громко произнесла она, глядя прямо на свёкра. — А как ваша дача поживает? Зимой не продувает?
Свёкор, уже пригубивший пару рюмок коньяка и расслабившийся, оживился. Он был человеком знающим: и про стройку мог рассказать, и про садоводство — только разговорить надо было.
— Да какая дача, Оксанка! — отмахнулся он с усмешкой. — Мы ж её сдали давно.
В комнате воцарилась звенящая тишина. Тамара поперхнулась морсом. Владислава застыла с бутербродом у губ.
— Как это сдали? — переспросила Оксанка, чувствуя, как в голове складывается неприятная картина.
— Ну как… посуточно! — охотно пояснил Владимир, не замечая отчаянных жестов жены. — На праздники цены-то бешеные! За три дня пятьдесят тысяч предложили! Ну а чего терять? Мы подумали: у вас места хватает, еду вы всё равно закупите… зачем нам лишние траты? Владиславе деньги нужны: одна с двумя детьми осталась, муж-то её… алименты копеечные платит. Вот Тамара и придумала эту схему — экономия!
— Вова! — взвизгнула свекровь. — Ты что несёшь?!
Оксанка медленно поднялась из-за стола. Стул со скрипом заскользил по полу.
— То есть… — её голос звучал почти шепотом, но от этого только страшнее. — Вы решили заработать на своей даче и приехали ко мне без приглашения со списком претензий? Съели продукты за мой счёт и Тарасову зарплату? И при этом смеете учить моего сына жизни в его собственном доме?
— Оксана, ну не начинай… — пробормотал Тарас.
— Замолчи, Тарас, — резко оборвала она его даже не взглянув в сторону мужа. — Просто помолчи.
Она подошла к Владиславе, взяла тарелку с надкусанным бутербродом и решительно поставила её перед Любомиром.
— Кушай, сынок.
Затем повернулась к золовке:
— У вас есть тридцать минут.
— Что?! — глаза Владиславы округлились от шока. — Ты нас выгоняешь?! В Новый год?! С детьми?! Мамочка! Ты слышала?!
— Слышу прекрасно, — спокойно ответила Оксанка и распахнула входную дверь настежь. — Такси круглосуточно ездят. На те пятьдесят тысяч гривен за мою доброту можно снять шикарный номер или сауну на выбор. Мне всё равно куда вы поедете… Уходите отсюда все.
— Тарас! Скажи ей хоть слово! — закричала Тамара вскакивая со стула. — Мы же твои родные люди! Ты позволишь женщине так обращаться с матерью?!
