— У Марии, как всегда, всё непросто, а вот совестью она не обременена, — Леся поднялась с места. Михайло прижался к её ноге, словно ища спасения в бушующем океане. — Слушайте внимательно. Оксана, моя подруга-юристка, вчера рассказала мне одну занятную вещь. Согласно статье 35 Семейного кодекса Украины, распоряжаться совместно нажитым имуществом супруги могут только по взаимному согласию. Крупные траты без ведома второго супруга — весомый повод для серьёзных последствий вплоть до аннулирования сделок. Но дело даже не в юридических тонкостях.
Леся подошла к шкафу, достала конверт и положила его на стол перед Валентиной.
— Это что ещё такое? — Валентина с отвращением коснулась бумаги.
— Это чеки за последние три года. Ремонт вашей дачи, поездка Марии на море, погашение ею кредитной карты, лечение зубов Ростислава… Я молчала всё это время. Была «удобной». Не выносила сор из избы. Но когда вы позволяете себе унижать ребёнка за моим же столом и называете это «воспитанием»…
— Да как ты смеешь! — взвизгнула Мария. — Мама! Скажи ей хоть что-нибудь!
— Леся… — голос Валентины стал холодным и жёстким. — Не устраивай сцену при людях. Ярина наблюдает за нами. Ты позоришь Назара этим поведением. Прояви благоразумие и промолчи. Женщина сильна терпением.
Именно тогда Леся произнесла про токсичные отходы.
Она повернулась к Ярине, которая застыла с бутербродом у рта.
— Ярина, вы ведь помните? Как Валентина три года назад всем рассказывала о моей якобы бесплодности? Хотя мы просто не планировали детей? И как Мария «забыла» вернуть вам деньги за ту самую турецкую куртку?
Ярина медленно опустила бутерброд на тарелку. В её взгляде вспыхнул узнаваемый огонёк: она из тех людей, кто хранит свои обиды в высоком разрешении.
— Помню, Лесечка… Ох как помню… И как Ростислав к соседке с первого этажа бегал пока Надя была в санатории — тоже прекрасно помню.
Ростислав поперхнулся и впервые вмешался:
— Ярина!
Валентина побледнела: её тщательно выстроенная картина идеальной семьи рушилась прямо сейчас под натиском правды.
— Уходите отсюда… — тихо произнесла Леся.
— Что ты сказала? — переспросила свекровь.
— Все вон из моей квартиры. Немедленно. Празднику конец.
— Назар! — вскрикнула свекровь так громко, что дрогнули стены. — Ты позволишь ей выгнать собственную мать?!
