Рекламу можно убрать
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостной ленты
Звонок прозвучал в семь утра, разорвав тишину выходного дня, словно сирена тревоги. Оксана вздрогнула и потянулась к прикроватной тумбочке, но мужская рука опередила её. Иван, не открывая глаз, сбросил вызов.
— Это мама, — с обречённым вздохом произнёс он, перевернувшись на спину. — Она не отстанет.
Через мгновение телефон заиграл снова. На этот раз мелодия звучала более настойчиво и требовательно. Оксана села в кровати: спокойное утро отменялось — как и мирное Рождество. Татьяна, свекровь с манерами изгнанной королевы, не терпела игнорирования.
— Алло, Татьяна? — стараясь сохранить спокойствие в голосе, произнесла Оксана.
— Спите? В твоём возрасте столько валяться — это уже распущенность! — бодрый голос свекрови звенел ядом. — Мы тут с Викторией посоветовались: Рождество в этом году встречаем у вас. У Вики дети да ремонт застопорился — пыль кругом! А у вас места хватает. Да и Иван наверняка соскучился по сестре.
Оксана крепче сжала трубку. В интерпретации Татьяны «посоветовались» означало «я решила, остальные промолчали».
— Татьяна, мы хотели провести праздник вдвоем… Спокойно, по-домашнему. У меня сейчас завал на работе — я просто не успею всё приготовить для большой компании…
— Для компании?! — возмущённо вскрикнула трубка. — Это ты так называешь семью мужа?! Иван! Ты слышишь вообще, как твоя жена о матери говорит? Мы будем к шести! И никаких этих ваших новомодных салатов с травой! Никита любит холодец и гуся! Запиши!
Гудки оборвали разговор. Оксана медленно опустила телефон на тумбочку. Иван сидел на краю кровати с лицом в ладонях. Он был настоящим мужчиной: надёжным, трудолюбивым и заботливым… но перед натиском своего «женского фронта» терял всякую решимость.
— Я не собираюсь готовить гуся, Ваня… — тихо сказала Оксана с твёрдостью в голосе. — Я не устраивалась работать поваром на выезд.
— Оксаночка… — он обнял её за плечи и прижался лицом к её волосам. — Ну давай просто закажем еду? Я всё оплачу… Они поедят и уйдут спокойно… Ты же знаешь Викторию – у них сейчас туго с деньгами…
Если бы Оксана знала заранее, чем обернётся это «поедят», она бы заперлась изнутри и сбежала куда-нибудь подальше от цивилизации.
Подготовка напоминала военную операцию: Иван метался по магазинам под гнётом чувства вины, закупая деликатесы согласно списку от Виктории – золовки Оксаны – присланному через час после звонка матери в мессенджере. Заголовок гласил: «Любимые блюда деток и Никиты», но перечень включал красную икру, дорогой коньяк и мраморную говядину.
Оксана уже второй день стояла у плиты без передышки. Злость придавала ей энергию вместо сна или кофеина – но радости от этого было мало: она резала овощи тонкими полосками, варила бульоны и тушила мясо – ведь иначе принимать гостей она просто не умела. Это было её слабостью… или проклятием.
Ровно в шесть входная дверь распахнулась настежь. На пороге появилась Виктория – яркая как витрина бутика: громкая речь наполняла прихожую; шуба на ней стоила явно больше всей их мебели вместе взятой из того самого «замороженного» ремонта…
