Прошел месяц.
Телефон Антона не умолкал — звонки следовали один за другим. Но, наученный горьким опытом, он просто добавил номер сестры в черный список. С матерью ситуация была сложнее — сердце сжималось от боли. Однако Дарина оставалась непреклонной: «Пока не попросят прощения и не изменят поведение — ни шагу туда».
За это время они с мужем будто сбросили с себя груз лет. Впервые за долгое время выходные стали настоящим отдыхом: прогулки по парку, походы в кино, долгий сон до полудня. Но внутреннее беспокойство не отпускало.
Звонок раздался вечером в среду. На проводе была дачная соседка — Александра.
— Дарина, милая, вы где? — голос дрожал от волнения. — Тут такое творится… Елену увезли на скорой.
Дарина уронила чашку — та разлетелась на осколки, как и их недавнее спокойствие.
— Что произошло?!
— Да Маричка эта… паразитка… Притащила каких-то приятелей, три дня пировали. Елена им и готовила, и убирала за ними… А потом что-то сказала не так — Маричка закричала, начала требовать оформить дарственную прямо сейчас. Мол, дачу продавать надо, у мужа долги карточные… Елене стало плохо. Давление подскочило до кризиса.
— А где Маричка? — прошептала Дарина сквозь зубы; злость поднималась внутри горячей волной.
— Уехала! Как только вызвала скорую — сразу исчезла со своими дружками. Бросила всё: «Мне ваши проблемы ни к чему». А Елена одна осталась в районной больнице.
Дарина перевела взгляд на Антона. Он стоял бледный как полотно и крепко сжимал кулаки.
— Одевайся, — тихо сказала она. — Мы едем.
