Он всё так же благоухал лимонными духами. Она не могла поверить своим глазам — Лев. Поседел, постарел, но взгляд остался прежним.
— Почему не дала знать? — он смотрел на неё с теплотой.
— Хотела сходить на могилу к Веронике. Не хотела никого беспокоить.
— Я владелец этой гостиницы. Вот это встреча… Пойдём, сварю тебе кофе. Со сливками. Ты ведь всё ещё их любишь?
Орися молча кивнула.
— Отвезу тебя на кладбище, а потом — ко мне домой. Дети приедут вечером. Хочу, чтобы ты с ними познакомилась. Ты ведь никогда не приезжала. И… я столько раз хотел позвонить тебе. Но не решался.
На кладбище Лев отошёл в сторону, оставив её одну. Орися так и не смогла произнести ни слова у могилы сестры, но пообещала себе вернуться сюда снова.
У Льва дома царила тишина и уют, только пыль в углах напоминала об отсутствии женской заботы.
— Никто из детей не хочет жить с тобой? — осторожно спросила она.
— Сноха дачу недолюбливает, а дочерям далеко ездить. Навещают иногда… Спасибо, что переживаешь.
Он присел рядом на диван.
— Я знаю, ты всегда осуждала меня… Считала меня неподходящим для Вероники. Но я был хорошим мужем, честно говорю. А когда мы были молоды — я мечтал быть с тобой рядом… Да-да… Ты мне всегда нравилась…
Орися растерялась и не знала, что ответить. В это время к её ногам опустилась старая лохматая собака.
— Это Веста, — прошептал Лев. — Вероникина была… После её смерти никого к себе не подпускала.
Орися осторожно провела рукой по шерсти пса; тот тихо заурчал и ткнулся мордой в её ладонь.
Раздался звонок телефона — звонила Ганна.
— Простите за поздний час… Я ездила к маме с тортом… Она опять начала: жирная ты у меня, никому такая не нужна… А я ей показала фото Данила… Она сразу: мошенник он! Я ушла от неё тогда… но ночью сорвалась: сидела на кухне с ложкой и ела торт сквозь слёзы… И тут она пришла ко мне сама… Села рядом… И вдруг говорит: «Я боялась родить мальчика… Твой отец бил меня… Я не хотела такой жизни для тебя». А я ей рассказала про бывшего — как выгнала его за то, что назвал меня жирной… И мы обе рассмеялись… Она сказала: «Ты красивая». Мы были в слезах и креме от торта — но я была счастлива как никогда… Спасибо вам! А у вас как дела?
Орися взглянула на фотографию сестры, затем перевела взгляд на собаку у ног и чашку кофе на подлокотнике кресла. Лев смотрел на неё ласково и внимательно.
— У меня всё хорошо, — тихо сказала она. — Кажется, теперь всё действительно будет хорошо.
