Пока все отвлеклись на спор, Матвей незаметно подполз к столу и потянулся к папке Ульяны. Он хотел вытащить один из листов, но задел соусник с густым брусничным соусом — тот опрокинулся прямо на бумаги.
— Моя работа! — вскрикнула Ульяна и бросилась к столу.
Все рисунки, над которыми она трудилась три месяца ради участия в конкурсе, оказались испорчены — их залило липкое красное пятно. Спасти их было невозможно.
— Вот и довели ребёнка своими страшилками! Он аж задрожал весь! — немедленно вступила Лариса. — Подумаешь, каракули какие-то! Новые нарисует! А вот рубашку Матвею вы теперь обязаны купить — он же испачкался об вашу скатерть!
Ульяна расплакалась и выбежала из комнаты. Остап поднялся с места. Его лицо побледнело, а челюсти сжались так сильно, что по скулам заходили желваки.
— Уходите, — произнёс он негромко.
— Что ты сказал? — Лилия застыла с вилкой в руке.
— Все трое. Прямо сейчас. Вон отсюда.
— Остап! Ты выгоняешь свою мать?! — Лариса схватилась за грудь и закатила глаза. — Мне плохо… Зоряна, принеси корвалол!
— У меня его нет, — спокойно ответила Зоряна, скрестив руки на груди. — Зато есть кое-что получше. Я хотела оставить это «на сладкое».
Она подошла к шкафчику и достала элегантный конверт.
— Лилия, помнишь, ты жаловалась на долги по кредиту и угрозы от коллекторов?
Глаза золовки загорелись алчным блеском.
— Ну? Ты хочешь помочь?
— Мы с Остапом это обсуждали, — сказала Зоряна, покручивая конверт в пальцах. — Планировали подарить тебе двести тысяч гривен. Чтобы ты рассчиталась с долгами и хотя бы полгода нас не трогала. Остап даже снял деньги наличными.
Лилия резко подалась вперёд так быстро, что едва не уронила салатницу. Лариса тут же «выздоровела» и выпрямилась в кресле.
— Ой, Зоряночка! Видишь как хорошо всё оборачивается! Родные люди всегда помогут… Давай сюда…
— Но вот что я скажу вам взамен… — перебила её Зоряна холодным тоном: — после того как вы притащили этот ржавый самовар с мусорника… После того как уничтожили работу моей дочери… И особенно после разговоров о том, чтобы забрать у неё компьютер…
С этими словами она медленно убрала конверт обратно в сейф и закрыла дверцу с явным удовлетворением.
— Что ты творишь?! Сумасшедшая! — закричала Лилия и вскочила со стула. — Это же наши деньги!
— Нет уж… Это вовсе не ваши средства. Это плата за ваше поведение, — отчётливо произнёс Остап и подошёл к жене, обняв её за плечи. — Завтра Ульяна идёт учиться в лучшую художественную школу города. Платную школу. Именно эти деньги пойдут туда. А Матвей пусть играет теми игрушками, которые у него уже есть.
