Я молча поставила пакеты с покупками на пол. Смотрела на Марию и не могла поверить, что передо мной стоит та самая ласковая девушка, которую я почти считала своей дочерью.
— Вы слышали? — тихо спросила она.
— Да, слышала.
Мария отвела взгляд. Молчание повисло в воздухе. Я подошла к столу и опустилась на стул. Ноги подкашивались, сердце билось так сильно, что казалось — вот-вот вырвется наружу.
— Так вот как ты ко мне относишься на самом деле. Всё это время играла роль?
Невестка подняла глаза. В её взгляде сквозило чувство вины, но раскаяния я не увидела.
— Ганна, я не хотела вас обидеть. Просто поделилась с подругой…
— Поделилась? Чем именно? Тем, как я тебя якобы мучаю? Что заставляю помогать?
— Нет-нет… Вы всегда были добры ко мне. Просто… тяжело всё это. Постоянно приезжать, помогать по дому, улыбаться… Я устаю.
Я внимательно посмотрела на неё. Мария говорила ровно и спокойно, будто объясняла что-то само собой разумеющееся.
— Если тебе тяжело — зачем приезжаешь? Я ведь не прошу.
— Богдан сам просит. Говорит, вам трудно одной справляться… Вот я и приезжаю.
— Ради квартиры? Которую вы собираетесь продать после моей смерти?
Мария заметно смутилась, но возражать не стала.
— Ганна… ну вы же понимаете… Нам негде нормально жить. Мы в однокомнатной ютимся… А у вас трёхкомнатная пустует… Вы ведь одна здесь…
Я поднялась и подошла к окну. Смотрела во двор: дети играли на площадке, а у меня внутри всё сжималось от боли — выходит, вся её доброта была лишь маской?
— Уходи отсюда, Мария.
— Ганна…
— Уходи сейчас же. Не хочу тебя видеть больше.
Невестка молча взяла сумку и натянула куртку. На пороге обернулась:
— Вы расскажете Богдану?
— Не знаю… Иди уже.
Она ушла. А я осталась одна в пустой квартире. Опустилась на диван и разрыдалась — горько и долго. Как же больно осознавать: человек, которого ты считал почти родным — просто играл роль ради выгоды…
Вечером позвонил Богдан:
— Мамочка, как ты? Мария сказала… вы вроде поссорились?
— Мы не ругались… Просто правда открылась мне сегодня…
— Какая правда?
Я пересказала ему всё слово в слово — то самое разговор подслушанный случайно… Он слушал молча; когда закончила — трубку окутала тишина.
— Мам… может ты неправильно поняла?..
— Нет, Богданушка… Я всё услышала ясно и чётко. И Мария этого даже отрицать не стала…
— Ну она просто пожаловалась подруге… Люди ведь имеют право делиться своими чувствами…
— Конечно имеют! Но при этом необязательно называть мой дом развалиной или обсуждать его продажу при живом хозяине!
Сын тяжело вздохнул:
— Мамочка… ну ты преувеличиваешь немного… Она хорошая девушка… любит тебя…
— Нет! Она меня не любит! Она терпит ради тебя и ради будущей квартиры!
Он замолчал ненадолго:
— Мамуль… давай мы завтра приедем? Спокойно поговорим…
Я согласилась — хотя сама толком не понимала: о чём тут ещё говорить?.. Факты есть факты…
На следующий день они приехали вместе: Мария выглядела виноватой; Богдан был растерянным и напряжённым. Мы устроились за кухонным столом.
Мария первой нарушила тишину:
— Ганна… простите меня… Я действительно наговорила глупостей тогда… Не подумала даже о том, что вы можете услышать…
Я смотрела прямо ей в глаза:
— Значит если бы я ничего не услышала — ты бы продолжала притворяться дальше?
Невестка опустила взгляд вниз…
