— Маричка, иди скорее! — раздался голос Остапа из огорода, и я, не закончив вымешивать тесто, оставила его прямо в квашне.
Выбежала на крыльцо — муж стоял возле старой яблони. А рядом с ним… двое малышей: девочка и мальчик. Они сидели прямо в траве между грядками моркови — грязные, в изношенной одежде, с испуганными глазами.
— Откуда они взялись? — прошептала я, подходя ближе.
Девочка потянула ко мне ручки. Мальчик прижался к ней поближе, но страха в его взгляде не было. Обоим на вид было года по два, может чуть больше.
— И сам не пойму, — Остап почесал затылок. — Пошёл полить капусту — а тут они. Будто из-под земли вынырнули.
Я присела рядом. Девочка сразу же обняла меня за шею и прижалась щекой к плечу. От неё пахло землёй и чем-то кислым. Мальчик остался сидеть на месте, но внимательно смотрел на меня.
— Как вас зовут? — спросила я тихонько.
Ответа не последовало. Только девочка крепче прижалась ко мне и тихо задышала у самого уха.
— Надо бы сообщить в сельсовет или участковому, — сказал Остап.
— Подожди пока, — я провела рукой по спутанным волосам ребёнка. — Давай сначала накормим их. Посмотри только, какие худенькие…
Я завела девочку в дом; мальчик пошёл следом, держась за край моего платья. На кухне усадила их за стол: налила молока и нарезала хлеб с маслом. Они ели торопливо и жадно, словно давно ничего не пробовали.
— Может это цыгане подкинули? — предположил Остап, наблюдая за ними из-за двери.
— Не думаю… — покачала головой я. — У цыган дети смуглые обычно. А эти светловолосые да глазки голубые…
После еды малыши повеселели: мальчик даже улыбнулся мне в ответ на второй кусочек хлеба. А девочка забралась ко мне на колени и заснула там же, крепко ухватившись за кофту.
Вечером приехал участковый Пётр. Осмотрел детей внимательно и что-то записал себе в блокнот.
— Расспросим по деревням… Вдруг кто ищет таких малышей… А пока пусть поживут у вас немного: мест в районном приёмнике нет совсем.
— Мы не возражаем! — поспешно сказала я и прижала спящую девочку к себе крепче.
Остап утвердительно кивнул головой. Мы были женаты всего год; своих детей ещё не появилось… А теперь вот сразу двое под одной крышей.
Ночью устроили им постель у печки прямо на полу нашей комнаты. Мальчик долго ворочался без сна и всё смотрел на меня настороженно… Я протянула ему руку – он несмело обхватил мой палец своими маленькими пальчиками.
— Не бойся… — прошептала я ему ласково. — Теперь ты не одинок…
На рассвете меня разбудило лёгкое прикосновение к лицу: открываю глаза – девочка стоит рядом и осторожно гладит меня по щеке ладошкой…
— Мама… — произнесла она негромко и как будто с сомнением…
Сердце моё замерло от этих слов… Я подняла её к себе на руки и крепко прижала:
— Да… родная моя… мама…
Пятнадцать лет пролетели незаметно… Девочку мы назвали Ярина – она выросла стройной красавицей с длинными золотистыми волосами и небесными глазами весеннего цвета… Мирослав стал сильным парнем – точь-в-точь как его отец…
Оба помогали нам во всём: по хозяйству справлялись ловко да учились хорошо – стали для нас настоящей семьёй…
— Мамуль, хочу поступать в город! – сказала однажды Ярина за ужином. – На педиатра хочу учиться…
