— Ты с ума сошла, мама, сколько времени? — закричала Кристина, перекрывая грохот разбитой посуды, разлетевшейся по кафельному полу кухни.
Она вбежала в кухню, на ходу сбрасывая одну туфлю. То, что предстало перед её глазами, никак не вписывалось в привычный уклад буднего вечера.
Ярина, обычно собранная и строгая женщина, всегда одетая в аккуратную серую блузку на все пуговицы, сейчас стояла посреди кухни в домашнем халате, небрежно накинутом прямо на голое тело.
В её руках была старая фарфоровая супница — та самая из праздничного сервиза, который доставался только по особым случаям.
— С ума? Нет, Кристина. Я как раз только пришла в себя, — произнесла мать спокойно и разжала пальцы.
Супница с глухим звуком ударилась о плитку и рассыпалась на множество осколков. Кристина застыла на месте и прижала ладони к лицу. В воздухе витал не запах ужина — а что-то резкое и чуждое.
На столе горела толстая свеча в стакане, отбрасывая колеблющиеся тени по стенам. Рядом стояла открытая бутылка дешёвого красного вина.
— Что ты делаешь? — прошептала Кристина, заметив среди мусора пропуск матери с работы — он лежал сверху яичной скорлупы. — Это же твой пропуск в «СтройИнвест». За его потерю ведь штрафуют!
Ярина медленно повернулась к дочери. Её взгляд был непривычно ярким и беспокойным вместо обычной холодной сосредоточенности.
Она взяла бокал со стола, сделала большой глоток и улыбнулась с торжеством.
— Пусть штрафуют. Я сегодня ушла оттуда навсегда. Подписала заявление об увольнении и бросила его прямо на стол этой змее Алёне. Ты даже не представляешь это чувство… будто из груди вытащили целую катушку ржавой проволоки.
Кристина почувствовала пульсацию в висках. Она медленно опустилась на табуретку, стараясь обойти острые осколки фарфора под ногами.
— Уволилась? Прямо сейчас? До праздников всего полтора месяца! Премии… тринадцатая зарплата… Ты хоть подумала о последствиях? Чем мы жить будем? У нас же кредит за твой ноутбук висит да ещё долги за коммуналку!
Мать поставила бокал обратно на стол и посмотрела на дочь так внимательно, словно видела её впервые.
— «Чем мы жить будем»? — передразнила она с усмешкой. — Интересно ты формулируешь вопрос. Вернее было бы спросить: как ТЫ собираешься меня содержать?
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Кристина. — Мам… моя зарплата младшего аналитика всего сорок пять тысяч гривен! Из них пятнадцать уходит только на транспорт и обеды! Мы вдвоём даже кошке корм купить не сможем…
— Это уже не мои заботы, Кристина… — Ярина подошла к окну и прижалась лбом к прохладному стеклу. — Двадцать три года я тянула всё сама: садик тебе оплатила, школу закончила ты без долгов… институт твой вытянула… Каждая копейка была расписана наперёд! Я уже забыла когда себе бельё новое покупала… Всё тебе: то репетитор по алгебре нужен был, то туфли для выпускного искали… Всё! Хватит! Теперь твоя очередь обеспечивать нас обеих! Не справляешься? Значит придётся принимать крайние меры!
— Какие ещё меры?.. — голос Кристины дрогнул от напряжения.
— Продадим квартиру… — спокойно ответила мать, даже не повернув головы. — Уже прикинула варианты: эта двушка находится в неплохом районе… Разделим деньги пополам: мне хватит купить маленькую студию где-нибудь под Буковелем или в Коблево… Там можно будет жить спокойно без работы до конца дней своих… А ты снимешь комнату где-нибудь под Запорожьем… Молодая ещё – пробьёшься как-нибудь… Или найди себе богатого мужа – сейчас все так делают…
Кристина смотрела ей вслед с недоверием – перед ней стояла чужая женщина. Не та самая мама из прошлого утра – та молча варила овсянку и следила за тем чтобы дочка не забыла надеть шарф…
— Ты хочешь меня выгнать?.. – еле слышно спросила она.
— Я просто возвращаю себе долг… свободу… – отчеканила Ярина холодно. – Не хочешь кормить мать – собирай вещи и уходи хоть сейчас же! Завтра сюда придёт риелтор – всё уже решено!
Ночь превратилась для Кристины в вязкий кошмар без конца: она лежала на старом диване посреди гостиной и смотрела вверх – туда где по потолку скользили отблески фар проезжающих машин…
Из комнаты матери доносились странные звуки: шелест бумаг… скрип ящиков… звон стеклянных предметов…
В голове крутились обрывки воспоминаний – теперь они казались фальшивыми копиями настоящего прошлого…
Она вспомнила как ребёнком пыталась обнять маму после её возвращения домой с работы – злую и измученную…
Ярина тогда мягко отстраняла её рукой: «Кристина… не мешай мне сейчас… я вся грязная после метро… иди лучше книжку почитай».
Кристина всегда думала что это просто усталость… Что мама была той самой несгибаемой опорой их маленького мира…
Отца рядом никогда не было сколько себя помнила девушка…
