Он тяжело опустился на стул. Запонки на манжетах он поправлял дрожащими пальцами — теперь это выглядело как нервное подёргивание, ставшее привычкой.
— Послушай, Ганна, давай спокойно обсудим… — начал он мягким тоном. — Я тогда вспылил. Дети — это же чудо! И сразу двое! Представляешь?
Теперь он заговорил иначе, с новой интонацией.
— Прекрасно представляю. И заодно прикидываю, сколько средств потребуется на воспитание двух малышей.
— Вот именно! Поэтому зачем нам разводиться? Мы же одна семья!
Я взяла со стола документ с оценкой его недвижимости.
— Семья, говоришь? А почему тогда все три квартиры записаны только на тебя? Почему доходы от аренды идут исключительно тебе?
— Ганна, ну это… мера предосторожности! Вдруг что-то случится!
— Ясно. Предосторожность от жены-«обузы».
Богдан вскочил и стал метаться по кухне.
— Хорошо, признаю, был неправ! Но всё можно исправить! Я оформлю половину имущества на тебя!
— Не стоит, — ответила я спокойно и поднялась. — Пусть суд сам всё распределит. По закону.
— Какой ещё суд?! Мы же можем договориться без него!
Ах да… Он ведь ещё не в курсе самого важного.
— Богдан, ты внимательно читал иск?
Он схватил бумаги и стал торопливо листать страницы. Когда нашёл нужный пункт, лицо его побледнело ещё больше.
— Требование о взыскании алиментов на содержание детей в размере… СКОЛЬКО?!
— Треть от всех твоих доходов. Включая арендную плату с тех квартир, которые ты утаивал.
— Но это же… это же огромная сумма!
— Для двоих детей — вполне справедливая доля.
Богдан снова опустился на стул. Его дорогие запонки сверкали в утреннем свете, но руки больше не тянулись к ним.
— Ганна, ну нельзя так резко… Мы ведь можем всё уладить! Я изменюсь! Буду хорошим мужем и отцом!
Сейчас он пытается выторговать себе прощение. Но время для этого ушло.
— Знаешь что, Богдан… Если бы ты тогда в среду не накричал на меня и не обозвал меня «бесплодной», я бы никогда не узнала о твоих квартирах. Показала бы тебе тест с двойней… мы бы радовались вместе…
— Да-да! Именно так! Давай забудем тот день!
— Уже поздно. Все документы поданы в суд.
Он посмотрел на дату в исковом заявлении и понял: всё по-настоящему.
— Но ведь можно забрать заявление обратно? Правда ведь?
Я подошла к окну и посмотрела во двор: там играли дети из соседних домов.
Скоро и мои малыши будут бегать среди них.
