Когда мы с матерью жили вместе, наше общение напоминало сосуществование соседей по коммуналке — чужие люди под одной крышей.
За годы накопилось множество неприятных эпизодов: она позволяла себе оскорбления, в пьяном виде устраивала сцены, выгоняла меня из дома. Тогда я твердо решила: после девятого класса поступлю в учебное заведение и перееду в общежитие. Мать восприняла это с облегчением — ей было только на руку моё исчезновение из квартиры.
Я совмещала учёбу с подработкой. Связь с матерью постепенно сошла на нет. До сорока лет мы почти не общались. Ни поздравлений с днем рождения, ни интереса к моей жизни — и мне не хотелось этого контакта.
Когда её привезли ко мне домой, я поняла: терпеть её рядом не готова.
Мне сейчас сорок лет. Замужем не состою, детей нет. Брак был, но продлился недолго — через пару лет я сама подала на развод. Сейчас у меня есть отношения, но повторно вступать в брак желания нет.
Три месяца назад у матери случился инсульт. Родственники отвезли её в больницу и сообщили мне об этом. Признаться честно — никаких чувств это во мне не вызвало. Я даже не поехала к ней, просто перевела деньги родственникам на необходимые покупки.
После выписки они доставили её ко мне домой — ведь я же дочь, самый близкий человек (так сказала тётя). Наверное, они ожидали слёз и раскаяния при виде больной матери. Но воспоминания о детстве слишком живы: я помню всё слишком ясно.
Сразу предупредила: начну оформлять документы для дома престарелых. Я не собираюсь жить с ней под одной крышей и ухаживать за ней ежедневно. Возможно, мои слова звучат черством и бездушно, но когда-то я была ребёнком без защиты и поддержки — мать отстранилась от своих обязанностей и переложила заботу обо мне на старшую сестру. А теперь я должна стать ей опорой? Нет уж — такого выбора я не делала.
О своём решении сообщила матери напрямую. Она промолчала (сейчас говорит плохо), но выругалась вполне отчётливо и громко — три буквы произнесла без запинки.
Теперь…
