В пятничное утро, когда Анастасия собиралась на работу, в дверь раздался звонок. Она открыла.
На пороге стоял Святослав. Вид у него был усталый, небритый. В руках — букет тюльпанов, тех самых, что так нравились Анастасии.
— Привет. Можно войти?
Анастасия молча отступила в сторону.
Святослав прошёл в комнату и положил цветы на стол.
— Настя, мне нужно поговорить.
— Говори.
— Вчера я был у мамы. Сказал ей, что она поступила неправильно.
Анастасия ощутила болезненное сжатие внутри.
— И как она отреагировала?
— Сначала закричала. Обвинила меня в том, что я выбрал жену вместо неё. Напомнила, что вырастила меня, а теперь я якобы отвернулся от неё. Я объяснил: это не выбор между вами — просто в этой ситуации права ты.
Анастасия медленно опустилась на диван.
— Продолжай.
— Я сказал ей прямо: она не имела права требовать с тебя деньги за праздник, куда ты даже не была приглашена. Не должна была распространять слухи о том, будто ты отказалась прийти. Все эти годы она относилась к тебе несправедливо, а я делал вид, будто ничего не происходит.
Голос Святослава дрожал от напряжения.
— Настя… мне стыдно. За то, что четыре года я прятался за твоим терпением. Что не вставал на твою защиту. Что просил тебя мириться с этим вместо того чтобы потребовать уважения к тебе как к моей жене.
Анастасия молчала — слова застряли где-то глубоко внутри.
— Я многое осознал, — продолжил он. — Мне было страшно обидеть маму. Я избегал конфликта любой ценой и надеялся: если промолчать — всё само уладится. Но это была ошибка. Я подвёл тебя… И ты имела полное право сказать мне всё то, что сказала тогда.
Он подошёл ближе и опустился перед ней на колени.
— Прости меня… Ты не заслуживала такого отношения ни от неё, ни от меня самого. Обещаю: больше этого не повторится. Если мама снова начнёт — остановлю её сразу же и при ней же. Даже если это приведёт к тому, что мы будем реже общаться с родителями… Ты важнее всего остального для меня.
У Анастасии защипало глаза от слёз.
— Святослав… я ведь совсем не хочу разрушать твои отношения с семьёй…
— Это не ты их рушишь… Это мама делает выбор сама: либо учится уважать мою жену — либо мы держим дистанцию. Настя… я взрослый человек со своей жизнью… И главное место в этой жизни занимаешь ты…
Она обняла его крепко-крепко — будто боялась отпустить снова…
— Святослав… мне было так больно все эти годы…
— Знаю… Прости… Прости меня…
Они долго сидели вот так рядом друг с другом… Потом Святослав выпрямился:
— Есть ещё кое-что… Вчера позвонил отец… Сказал: поговорил с мамой после моего ухода и признал — она была неправа… И добавил: рад тому, что у меня жена с характером… Его слова были такие: «Слабая бы давно сломалась — а Анастасия держится».
Настя улыбнулась сквозь слёзы:
— Михаил это сказал?
— Да… И ещё Оленька звонила — пригласила нас к ним на выходных на блины…
— Блины звучат заманчиво…
Святослав взял её за руки:
— Настя… Я понимаю: одного разговора мало… Доверие нужно заслужить заново… Но я постараюсь изо всех сил… Больше никакого молчания… Если мама начнёт снова – скажу ей прямо при всех…
Анастасия посмотрела ему в глаза и увидела там искренность… страх потерять её… и решимость…
— Хорошо… Давай попробуем…
В субботу они поехали к Оленьке домой. Павел встретил их радушной улыбкой; Оленька бросилась обнимать Анастасию:
— Как же здорово видеть вас!
За столом царила лёгкая атмосфера: говорили о работе и летних планах; смеялись над забавными историями из прошлого. Вера с Михаилом не приехали – Оленька заранее предупредила: пригласила только их двоих со Святославом.
На кухне она тихонько сказала Насте:
— Маме нужно время… Она злится сейчас – говорит, что Святослав её предал… Но папа сказал ей прямо: хочешь видеть сына – учись уважать его жену… Так что будем надеяться…
Анастасия задумалась:
— А если она так и не научится?
Оленька пожала плечами:
— Тогда будем встречаться реже… Настя, Святослав правильно поступил – мама слишком долго диктовала всем свои условия; думала – ей всё позволено… Пора остановиться…
Поздним вечером после возвращения домой Анастасии пришло сообщение от Оленьки:
«Настя! Мама написала! Сказала больше никогда не требовать денег! И признала – насчёт банкета была неправа! Конечно это ещё не извинение – но для неё уже прогресс».
Анастасия показала сообщение мужу:
– Всё-таки прогресс? – усмехнулся он.– Ну хоть какой-то шаг вперёд…
– Знаешь… Мне ведь даже и не нужно было любви свекрови… Просто хотелось базового уважения…
– Оно будет! Я прослежу!
Настя прислонилась щекой к его плечу:
– Все эти дни я сомневалась: может быть стоило просто перевести деньги и забыть? Но потом поняла – если бы сделала это тогда – ничего бы по-настоящему не изменилось бы… Твоя мама продолжила бы считать себя вправе делать всё что угодно без последствий… А ты продолжал бы верить в силу молчания…
– Ты абсолютно права! Теперь я это понимаю…
Они сидели молча рядом друг с другом под тихий шорох падающего снега за окном… Конфликт ещё полностью себя не исчерпал – Вера едва ли когда-нибудь полюбит её по-настоящему – но перемены уже начались: Святослав наконец стал на её сторону…
В воскресенье вечером пришло сообщение от свекрови:
«Анастасия, подумала над ситуацией. Возможно поторопилась с деньгами за банкет. Предлагаю забыть об этом».
Настя показала экран мужу:
– Как думаешь понимать такое послание?
– Это по-своему извинение по-матерински… Она просто иначе говорить «прости» пока ещё не умеет…
– Что ответить?
– То, что считаешь правильным сама…
Анастасия набрала короткое сообщение:
«Вера, хорошо. Предлагаю начать сначала».
Ответа пока так и не последовало — но Настя знала: шаг навстречу был сделан.
Небольшой шаг.
Неуверенный.
Но шаг вперёд всё же был сделан…
– Думаешь получится? – спросила она мужа тихо…
– Не знаю точно…, – честно ответил он…, – но мы попробуем обязательно! И если мама снова перейдёт границу — скажу ей сразу!
Настя кивнула.
Внутри было спокойно.
Без эйфории или восторга.
Просто уверенность:
Она сумела защитить себя.
Поставить границы.
И теперь муж услышал её наконец всерьёз…
Это был вовсе не финал…
Это стало новым началом…
Началом других отношений…
Где молчание больше нельзя считать золотом…
Где уважение перестаёт быть просьбой…
Где жена становится равноправной частью семьи,
а вовсе не удобным приложением к сыну матери…
Она посмотрела на Святослава…
Он смотрел прямо ей в глаза…
И впервые за все четыре года совместной жизни
она почувствовала —
они настоящая команда!
Остальное приложится…
Или нет…
Но теперь это уже было совсем необязательно…
Потому что теперь —
она больше никогда
не будет одна!
