– А ты уверен, что нам действительно нужна именно генеральная доверенность? Может, хватит обычной — только на управление машиной? Зачем тебе доступ ко всему моему имуществу, Роман?
Александра стояла в прихожей, крепко сжимая в ладонях чашку с остывающим кофе, и внимательно наблюдала за мужем. Роман, высокий и всегда следящий за собой мужчина, сегодня выглядел несколько растерянным. Он суетливо поправлял галстук перед зеркалом и старался не встречаться с женой взглядом. Его пальцы нервно перебирали узел галстука, словно тот мешал ему дышать — хотя верхняя пуговица рубашки была расстегнута.
– Александра, ну сколько можно об этом говорить? – в его голосе проскользнуло раздражение, которое он тут же попытался скрыть за мягкой улыбкой. Обернувшись к ней, он продолжил: – Я же уже объяснял. Нужно оформить документы на дачу — там теперь новые кадастровые нормы и куча бумажной волокиты. Чтобы тебя каждый раз не дергать с работы ради справок или подписей, проще оформить одну доверенность на все случаи жизни. Ты ведь знаешь, какие очереди в ЦНАПе бывают… А у тебя сейчас отчетный период начинается. Я просто хочу тебе помочь и избавить от лишней головной боли.
Александра медленно кивнула и сделала глоток кофе. Напиток показался ей непривычно горьким — хотя сахара она положила столько же, как всегда. В словах мужа звучала логика: Роман действительно всегда занимался бумажными делами семьи — умел договариваться с чиновниками, знал подход к каждому. Но что-то в его поведении вызывало тревогу — какая-то тонкая фальшь скребла по душе. Обычно он ругался на бюрократию и очереди… а тут вдруг сам вызвался всё уладить — да еще с таким рвением.
– Ладно… – тихо произнесла она. – Если ты считаешь это разумным… К какому нотариусу поедем?
– Уже все улажено! – оживился Роман; лицо его просияло радостью. – Тут рядом есть один знакомый нотариус — примет нас без очереди в пятницу. Только не забудь паспорт! Всё, я побежал — опаздываю на утреннее совещание!
Он чмокнул ее в щеку наскоро и почти бегом выскочил из квартиры. Александра услышала щелчок замка и гул лифта за дверью. Она осталась стоять одна посреди прихожей тишины, глядя на свое отражение в зеркале шкафа-купе: из него смотрела женщина лет тридцати пяти с усталым лицом и тревогой во взгляде.
Интуиция — странная штука: она не кричит во весь голос и не бьет набатом; она шепчет тихо… но настойчиво всё громче с каждой минутой.
Александра поставила чашку на тумбу у стены и направилась в спальню. На кровати лежал планшет Романа — забытый им в спешке уходящего утра. Обычно он никогда не выпускал гаджеты из рук: всё было под паролями якобы «по требованиям корпоративной безопасности». Но сегодня экран мигнул уведомлением прямо перед её глазами.
Она никогда прежде не проверяла телефон или планшет мужа: считала это недостойным поступком для взрослого человека и жены тем более. Их брак держался на доверии уже семь лет… Но сейчас рука сама потянулась к устройству.
На экране высветилось сообщение от контакта «Мама»: «Сынок, нотариус точно все оформит? Она ничего не заподозрит? Надо успеть до конца месяца — пока цены снова не подскочили».
У Александры перехватило дыхание.
Какие такие цены? И почему она должна что-то заподозрить?
Пароль оказался простым — год рождения Романа. Она ввела четыре цифры дрожащими пальцами… Планшет разблокировался мгновенно.
Мессенджер открылся сразу же на переписке с матерью мужа — Галиной.
Сообщений было сотни… Александра начала читать их одно за другим… С каждой новой строчкой глаза её расширялись от ужаса; по спине пробегали мурашки холода…
«Мамуль, я всё просчитал заранее: оформим генеральную доверенность — я сразу перепишу дачу на тебя через дарственную или продажу по заниженной цене… Александра даже ничего не поймет! Скажу ей про смену границ участка».
«А квартира? Рома! Квартира важнее! Она ведь в центре города! Ты уверен насчет доверенности? По ней можно будет подарить мне долю без её согласия?»
«С квартирой сложнее… Там нужно согласие второй стороны при продаже доли… Но если я подарю свою часть тебе как матери – согласие жены уже не требуется… Только уведомление отправить надо будет формально для соблюдения преимущественного права выкупа… А по генеральной доверенности я сам могу подписать это уведомление от её имени – будто бы она знает обо всём и не возражает…»
