Он позвонил Елене вечером. Та ответила сразу.
— Ой, Тарасик, здравствуй!
— Привет, мам. Есть вопрос. Мы с Оксаной хотим на неделю детей к тебе привезти. Нам путёвку в санаторий дали.
Наступила пауза. Затянувшаяся.
— Тарас, а сколько сейчас детям?
— Пять и два года.
Снова тишина. Затем раздался голос Марты — громкий и раздражённый:
— Тарас, ты серьёзно? Мы только что закончили ремонт! Мебель вся новая! А ты хочешь, чтобы твои дети тут всё перевернули?
— Марта, они спокойные. Ничего не сломают.
— Конечно! Я знаю этих «спокойных» детей. Нет, Тарас. Не выйдет.
— Мам… — тихо сказал он. — А ты что думаешь?
Елена молчала несколько секунд, потом тяжело вздохнула:
— Тарасик, Мартуся права. Ремонт свежий, мебель дорогая… И у неё личная жизнь началась — парень к ней приходит. Тут ещё дети… Прости нас, сынок.
Тарас сидел на кухне с телефоном у уха и смотрел в окно — за стеклом сгущались сумерки.
— Ладно, — произнёс он наконец. — Я понял.
Он отключился. Из комнаты вышла Оксана.
— Ну что?
— Отказали. У них ремонт только закончился… И Марте мешать нельзя.
Оксана присела напротив и взяла его за руку:
— Ничего страшного. Поедем с детьми вместе. Или вообще никуда не поедем.
В итоге отправились всей семьёй. Санаторий согласился принять их за дополнительную плату. Неделя прошла спокойно: Оксана гуляла с Никитой и Петром, а Тарас посещал процедуры. В целом отдохнули неплохо… но неприятный осадок остался.
После этого Тарас больше не звонил Елене: ни через месяц, ни через два или три она тоже не проявлялась — будто оба вычеркнули друг друга из жизни.
А потом случилась неприятность: задержали зарплату на две недели именно тогда, когда нужно было внести платёж по ипотеке — завтра крайний срок оплаты кредита за однокомнатную квартиру в новостройке, которую они купили три года назад после долгих накоплений на первый взнос.
Тарас обратился к друзьям — никто не смог помочь; коллеги тоже развели руками… Оставалась только мать.
Он набрал её номер; Елена ответила после третьего гудка:
— Тарасик? Сынок мой! Сто лет от тебя ни слуху ни духу!
— Привет, мам… Слушай, у меня проблема: зарплату задержали… А завтра платить по ипотеке надо срочно… Смогла бы занять тридцать тысяч гривен? Всего на три дня — как только деньги придут сразу верну…
— Ой-ой-ой… Тарасик… У нас сейчас совсем туго…
— Мамуль… Очень надо… Иначе штрафы пойдут…
— Подожди минутку… Сейчас Марту спрошу…
Послышались шорохи и приглушённые голоса; затем трубку взяла Марта:
— Тарас, деньги есть… Но мы их откладывали на новую входную дверь…
— На дверь?
— Да… Замерщик должен прийти через неделю… Нужно предоплату внести заранее…
— Марта… Я прошу всего лишь на три дня! Верну сразу же после выплаты!
— А если снова задержат? Что тогда? Я без двери останусь?
— Не задержат! Обещаю тебе!
Марта помолчала секунду и сказала твёрдо:
— Нет, Тарас… Извини меня… Но мне сейчас дверь важнее…
Тарас так сильно сжал телефон в руке, что пальцы побелели от напряжения.
— Ты серьёзно?..
— Абсолютно серьёзно…
Он отключился и едва удержался от того, чтобы не швырнуть телефон о стену со всей силы.
