— Оксана! Оксана, ты где?! — Богдан влетел в спальню, едва не сбив Данила, который тащил мокрое полотенце через весь дом. — Это просто невозможно!
Оксана сидела на кровати, закрыв лицо ладонями. Из соседней комнаты доносился визг детей её сестры, на кухне Роксолана что-то жарила, наполняя дом удушающим дымом, а с веранды звучал пьяный хохот подруги Нины и её нового спутника.
— Я понимаю… — прошептала она. — Всё понимаю.
— Десять лет! — Богдан опустился рядом с ней, сжимая кулаки. — Мы десять лет копили на этот дом! Отказывали себе во всём! Ради чего?
За окном шумело море. То самое море, ради которого они перебрались из душного города. То самое, к которому никак не могли выбраться уже третью неделю.
— Богдан, это же родня…
— Родня?! — он вскочил. — Твоя сестра приехала «на пару дней» три недели назад! С тремя детьми! Которые изрисовали все стены!
— Я поговорю с ней…
— Поговоришь? Как ты «поговорила» с Роксоланой, которая нагрянула без предупреждения? Или с Данилом, который притащил друзей и устроил вечеринку?
С кухни донёсся звон разбитой посуды. За ним последовал крик:
— Оксаночка! Где у вас тряпка? Тут масло разлилось!
Оксана поднялась было со стула, но Богдан остановил её.
— Нет. Хватит. Сиди здесь.
— Но ведь она…
— Пусть сама убирает. Это наш дом! Наш!
Дверь распахнулась настежь. Вбежала Мария, младшая дочка Кристины.
— Тётя Оксана! Марко меня ударил! И вазу вашу разбил!
Богдан прикрыл глаза и медленно досчитал до десяти.
— Какую вазу?
— Голубую… Та что стояла на полке.
Венецианское стекло… Подарок к годовщине свадьбы. Привезли из Италии четыре года назад во время последнего отпуска.
— Всё… — Богдан поднялся на ноги. — Всё, Оксана. Терпению конец.
Он вышел из спальни; Оксана поспешила за ним следом. В гостиной царил полный беспорядок: дети носились между диванами, осколки вазы были разбросаны по полу; Данил развалился в их любимом кресле в грязной обуви и уткнулся в телефон.
— Всем внимание! — Богдан остановился посреди комнаты. — Прошу внимания!
Никакой реакции не последовало: дети продолжали бегать по кругу, а Данил даже не оторвался от экрана.
— Я СКАЗАЛ: ВНИМАНИЕ!!! — рявкнул он так громко, что стекла задрожали в рамах.
Все замерли на месте. Из кухни выглянула Роксолана с тряпкой в руках и удивлённым выражением лица.
— Так вот что я скажу: это наш дом с Оксаной. НАШ личный дом! Не общий для всех и не гостиница для родственников! И я хочу видеть его пустым завтра утром. Всем ясно?
Первой пришла в себя Кристина, сестра Оксаны…
