Скорая прибыла примерно через двадцать минут. Молодой врач, с усталым, но живым взглядом, осмотрел мужчину и девочку, затем перевёл взгляд на Александру и произнёс:
— Они выживут. Вы… — он замялся, — вы им жизнь спасли. Если бы не вы — всё было бы иначе.
Александра лишь кивнула, словно это её вовсе не касалось.
После этого она отправилась домой.
Без перелёта. Без контракта. Без новой должности. Без того будущего, которое раньше представлялось ей как чёткая лестница вверх.
На следующее утро у неё действительно не осталось работы.
Станислав поступил не просто как начальник — он пошёл дальше: пустил слухи. В их кругу это называлось “предварительно закрыть все двери”. Её начали игнорировать. На собеседованиях улыбались вежливо, но разговоры быстро сворачивали.
Финансы стремительно таяли. Кредит за автомобиль, страховки и привычные “необходимые” траты давили тяжестью мокрого пледа. Ночами Александра ловила себя на мысли: “Проехала бы мимо — сейчас сидела бы в переговорной комнате. С бокалом шампанского. В деловом костюме. А теперь кто я?”
Эта мысль была отвратительной. Она её презирала — и всё равно возвращалась к ней снова и снова.
Прошёл месяц — раздался звонок.
— Александра… Александровна? — голос звучал слабо. — Это Данило… тот водитель… из “девятки”.
— Данило… — прошептала она в ответ. — Как вы? А девочка?
— Милана… Она жива. Она вас помнит… Мы хотели бы встретиться с вами. Пожалуйста.
Александра поехала к ним.
Обычная панельная многоэтажка, подъезд с запахом сырой одежды, лестничный пролёт вверх. Дверь открыла женщина по имени Оксана; она сразу расплакалась и начала целовать Александре руки так неожиданно и отчаянно, что та растерялась и даже ощутила раздражение от всей этой ситуации.
— Не стоит… — тихо сказала она. — Я ведь просто…
— Вы нас спасли, — прошептала Оксана сквозь слёзы. — Понимаете? Мы бы…
Милана принесла рисунок: неровный ангел с чёрными волосами и огромными крыльями; под ним было написано: “АЛЕКСАНДРА”.
Они пили чай с печеньем, и вдруг Александра заметила то, чего раньше не видела в чужих домах: люди здесь жили не ради показателей эффективности или карьерных целей – они просто жили своей жизнью.
— Я даже не знаю, чем могу быть полезен вам… — сказал Данило осторожно двигаясь в корсете. — Денег у нас нет… Но если вам что-то нужно – скажите прямо.
Александра хотела ответить “ничего”. Так было привычно – гордость мешала просить о помощи. Но на языке уже вертелась правда:
— Мне нужна работа, — наконец произнесла она негромко. — Меня уволили после того случая… Я теперь будто исчезла для всех…
Данило задумался на мгновение:
— У меня есть знакомый фермер… Не коровы по колено в грязи – нормальное хозяйство, просто запущенное сильно… Ему нужен управляющий – человек со знанием документов, логистики и грантовой системы… Зарплата небольшая – не корпоративный уровень… Но жильё предоставляют… Может быть попробуете?
Александра – та самая женщина, которая раньше морщилась при виде грязных ботинок – вдруг поняла: ей больше не важно состояние обуви… Её пугало совсем другое – снова почувствовать пустоту внутри себя…
— Давайте попробуем… – сказала она тихо.
Ферма оказалась просторной и немного уставшей от одиночества – словно дом без хозяина уже давно, но где ещё держится тепло в стенах…
