Раньше Екатерина бы тут же кинулась за каплями, стараясь успокоить, охваченная чувством вины. Но теперь она наблюдала за этой сценой с холодной отстранённостью — как за неудачной постановкой в провинциальном театре.
— Корвалол в аптечке, — произнесла она без эмоций. — Вода из-под крана.
Развернувшись, Екатерина направилась к выходу из кухни.
— Перестань играть на чувствах. Я больше не реагирую. Хотела внимания? Получай. Сегодня весь мой офис обсуждал твою кашу. Наслаждайся популярностью.
— Екатерина! Верни телефон! — закричала Оксана ей вслед, мгновенно забыв о «приступе». — Я сейчас отцу позвоню! Тёте всё расскажу!
Екатерина остановилась у дверей своей комнаты.
— Жалуйся. С кнопочного телефона. Не забудь: десять минут в день — и всё. Потратишь лимит — до завтра молчание.
Дверь захлопнулась с глухим стуком, замок щёлкнул.
Она медленно опустилась на пол у двери, прикрыла глаза и впервые за день сделала глубокий вдох. Из кухни доносился грохот посуды и проклятия Оксаны в адрес «гадюки подколодной». Но этот шум уже не имел силы.
Екатерина достала из кармана смартфон матери, отключила его и забросила на самую верхнюю полку шкафа.
Началась дрессировка. И судя по тому, что через несколько минут наступила тишина (видимо, Оксана пыталась освоить кнопки старого телефона), метод оказался действенным.
Теперь каждый звонок будет иметь цену. И Оксана очень скоро научится считать.
