А вместе с ней — целая экспедиция: два сына семи и девяти лет и тот самый пёс, который, несмотря на статус домашнего животного, больше напоминал природную катастрофу.
Так продолжалось всё лето. Каждую пятницу, словно по графику, у ворот останавливался чёрный кроссовер Татьяны. Она выгружала детей и собаку так же небрежно, как мешки с картошкой, и с облегчением произносила:
— Уф, ну вот. Принимай вахту. Мне срочно в город — отчёты горят, начальник беснуется. А мальчикам нужен свежий воздух. Пусть побегают, витаминов наберутся. Ты же всё равно тут сидишь — тебе не трудно.
И уезжала без малейших угрызений совести. Ни пакета с едой, ни гривны наличными она не оставляла. «Это же дача — тут всё само по себе растёт», — искренне полагала Татьяна, будто курица сама появляется в холодильнике уже поджаренной, а йогурты поспевают прямо на ветках яблонь.
Оксана превращалась в круглосуточную обслугу. Племянники, Богдан и Станислав, действовали по принципу нашествия саранчи: сметали всё съедобное подчистую. Стоило Оксане испечь целую гору блинов — через минуту тарелка уже пустовала. Колбаса исчезала за секунды, сыр таял без следа, фрукты и сладости уходили в их ненасытные организмы с пугающей скоростью.
