— Ты по неопытности, по наивности. А они — из подлости. Это ведь совсем не одно и то же.
На третьей неделе работы на заводе произошёл несчастный случай. Один из стеллажей с кирпичами, плохо закреплённый, внезапно накренился и рухнул. Максим в тот момент находился прямо под ним — сверял накладные. Конструкция завалилась набок, поддоны с грохотом посыпались вниз. Максима сбило с ног, его прижало ниже пояса. Он закричал от боли.
Рабочие бросились к нему, но замерли — конструкция продолжала раскачиваться и могла окончательно обрушиться в любую секунду. Иван не стал раздумывать. Схватил металлическую трубу и упёрся ею в шаткий стеллаж. Плечи напряглись до боли, перед глазами потемнело.
— Тащите его! Живо!
Мужики опомнились. Двое ухватили Максима за руки и вытащили из-под завала. Иван удерживал конструкцию до последнего — руки дрожали, спина ныла от напряжения, но он не отпускал трубу. Лишь когда товарища вытащили на безопасное расстояние, он резко отпустил подпорку и отскочил в сторону — стеллаж с грохотом рухнул окончательно.
Максим лежал на полу, тяжело дыша ртом. Ногу придавило, но обошлось без перелома. Он поднял голову и посмотрел на Ивана: лицо побледнело, губы дрожали.
— Ты… зачем ты это сделал?
Иван вытер ладони о штаны.
— Работаю я просто.
Ростислав вызвал скорую помощь, а после подошёл к Ивану.
— Присядь немного. Передохни.
Рабочие молча окружили его кольцом. Святослав протянул термос:
— Вот, попей горячего.
С тех пор многое изменилось. Через неделю Максим вернулся на смену с тростью для опоры и первым подошёл к Ивану:
— Слушай… я был неправ насчёт тебя… Прости меня.
Иван взглянул спокойно:
— Не надо слов лишних. Работай как положено и другим не мешай делать своё дело.
Максим кивнул и отошёл прочь — больше пакостей от него никто не видел.
Прошёл месяц — Ростислав пригласил Ивана в кабинет:
— Ты тогда парня спас — я это запомнил. На складе как раз освободилась должность учётчика: работа спокойная, чистая… Пойдёшь?
— Конечно пойду.
Оксана словно ожила после всего случившегося: соседки снова стали заходить к ней в гости с пирогами да угощениями; Таня из магазина теперь здоровалась первой при встрече; а однажды Роман остановил Ивана у калитки:
— Слушай-ка… У меня труба прохудилась во дворе… Может посмотришь? Заплачу как положено…
Иван усмехнулся:
— Гляну без денег… Только ты теперь здоровайся нормально со мной каждый раз как увидишь — по-человечески.
Роман густо покраснел и молча кивнул головой.
