– Я вообще-то на пару деньков, пока ремонт закончат, – произнесла Оксана, осторожно поставив чемодан в угол спальни.
– Мам, ты серьёзно? Это же наша комната…
– А где ты предлагаешь мне устроиться? На кухне, что ли? – она приподняла бровь и с прищуром уставилась на Таню.
Таня замолчала. Владислав, её муж, переминался с ноги на ногу, делая вид, будто внимательно изучает пыль на подоконнике.
– Ты ведь говорила, у тебя есть вторая квартира — свободная! Почему не туда? – не выдержала Таня.
– Ну… я ту квартиру Ярославу переписала. Он жениться собрался — пусть молодым будет удобнее. А мне что? Мне и с вами хорошо — вы же родные!
Родные… Слово повисло в воздухе тяжёлым комом. Не жизнь, а сериал: свекровь пришла временно — осталась навсегда.
Когда Оксана переехала к ним, Таня была полна иллюзий. Подумала: поживёт недельку-другую — отдохнёт и вернётся обратно. Но минуло уже два месяца.
Свекровь в халате по утрам, свекровь с беляшами в холодильнике, свекровь на диване перед телевизором. Потом началось: советы по финансам, указания Владиславу насчёт работы и замечания Тане — мол, слишком часто полы моет: «к хорошему мужчине так не липнут».
– Мам… я тебя очень ценю… но… – попыталась мягко начать разговор Таня.
– Вот! Уже «но»! А я всю жизнь вкалывала! Детей подняла! За жильё не цепляюсь и никому не мешаю! А вы — молодёжь неблагодарная… – и слёзы потекли по расписанию: с паузами и драмой.
Таню охватывало раздражение. Она ведь была неглупой женщиной. Но слишком мягкой. Не любила скандалов. Верила в лучшее. Надеялась: Владислав сам всё осознает.
Он не осознавал.
– Да чего ты завелась? Маме тяжело одной. Ярослав потом её заберёт к себе — они пока ещё не обустроились…
– Так она уже ему квартиру отдала! Пусть туда и едет! – вспыхнула Таня впервые за всё это время.
Владислав нахмурился. Промолчал. Затем вышел из комнаты и закурил во дворе — его обычный способ уйти от разговора.
А Таня осталась одна на кухне перед чашкой холодного чая и ощущением пустоты под ногами. Потому что это уже давно перестало быть «временным визитом». Это стало вторжением без срока окончания.
И где-то глубоко внутри неё теплилось сомнение: а вдруг это она ошибается?..
