Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
Вы когда-нибудь ощущали, как сердце замирает не от чувств, а от ледяного ужаса, смешанного с отвращением? Как будто вместо глотка прохладной воды вы проглотили кислоту.
Я стояла у входа в банкетный зал ресторана «Онегин». В руках — пакет с подарком для юбиляра, на плечах — новая шаль, купленная специально для этого вечера, чтобы чувствовать себя увереннее. Но всё моё внимание было приковано к сцене в центре зала. Под сверкающей люстрой стоял мой бывший муж Дмитрий. Он держал под руку свою новую супругу — Екатерину. Молодая, симпатичная женщина лет тридцати пяти беззаботно смеялась, запрокинув голову.
Но я смотрела не на её лицо. Мой взгляд был прикован к её шее.
На фоне светлой кожи и глубокого выреза темно-синего бархатного платья ярко выделялось старинное колье: крупный гранат в потемневшей серебряной оправе, обрамлённый мелкими жемчужинами.
Всё вокруг словно поплыло. Музыка стала глухим фоном, как будто кто-то набил уши ватой.
Это украшение принадлежало Марте — моей матери. То самое колье исчезло из моей шкатулки ровно год назад — в тот проклятый месяц раздела имущества после развода с Дмитрием. Тогда он кричал мне вслед, что я «жадная истеричка». Я перевернула всю квартиру вверх дном. Плакала ночами от мысли, что потеряла единственную память о маме по собственной рассеянности. А он смотрел на меня своими бесцветными глазами и твердил: «Ты сама его потеряла, Мария. У тебя память дырявая».
И вот теперь моя «потерянная» реликвия красовалась на груди его новой избранницы.
ЧАСТЬ 1. Тени прошлого
Работа фармацевта приучает к самообладанию. Когда перед тобой стоит раздражённый клиент и требует антибиотики без рецепта — ты не имеешь права сорваться. Надеваешь маску спокойствия и доброжелательности. Именно такую маску я натянула сейчас — хотя внутри всё горело огнём.
Я вошла в зал стараясь держаться уверенно и не споткнуться о собственные эмоции. Вокруг царило веселье: звучали тосты, звенели бокалы, витали ароматы духов и жареного мяса. Поводом для сбора стал день рождения нашего общего друга Александра — ему исполнилось пятьдесят пять лет. Мы с Дмитрием прожили вместе двадцать пять лет — неудивительно, что круг общения у нас пересекался почти полностью. После развода знакомые разделились: одни поддерживали меня молча, другие восторгались «новым расцветом» Дмитрия. Александр старался сохранить нейтралитет и пригласил нас обоих.
Я устроилась за столиком рядом со своими подругами и изо всех сил избегала смотреть в сторону бывшего мужа.
— Мария! Ты как-то побледнела… — заметила Оксана и налила мне морс в бокал. — Давление шалит?
— Что-то вроде того… — едва слышно ответила я.
Я не могла отвести взгляда от Екатерины: она кружила среди гостей словно хозяйка бала, принимая комплименты направо и налево. Рядом сиял Дмитрий — самодовольный до блеска в глазах: дорогой костюм (уверена — купленный в долг), лакированные итальянские туфли и поза уверенного победителя жизни… Никто здесь не знал правды о том, как он задерживает алименты на младшего сына или что его бизнес держится исключительно на обещаниях да перекредитовании.
— Какая прелесть! Какое украшение! — донеслось с соседнего стола восхищение одной из гостей по поводу колье.
— Да-да… — громко произнёс Дмитрий так, чтобы услышали все вокруг него за ближайшими столами: — Это фамильная драгоценность… Работа девятнадцатого века… Наследство моей бабушки-дворянки… Я счёл правильным передать его Екатерине как достойной продолжательнице рода…
Меня словно ударили кулаком под рёбрами.
«Бабушка-дворянка»? У Дмитрия бабушка всю жизнь трудилась дояркой в совхозе под Житомиром! Простая женщина с добрым сердцем; кроме алюминиевого крестика у неё никогда ничего ценного не было!
А это колье мой отец Анатолий подарил Марте к её тридцатилетию… Он заказал его у ювелира-старовера где-то на Урале… Мама надевала его только по большим праздникам… Я помнила каждую царапинку на гранате и каждый изгиб серебряной лозы…
Дмитрий просто взял его из моей шкатулки во время моего дежурства… И целый год лгал мне прямо в глаза… наслаждаясь тем отчаянием, которое сам же вызвал…
ЧАСТЬ 2. Лицом к лицу
