Она не сразу отдала мне колье. Некоторое время стояла, глядя на него, будто перед ней была опасная змея.
— Он сказал мне… — её голос дрожал. — Он уверял, что это единственное, что осталось от его семьи. Что он хочет, чтобы наши дети знали историю рода… Боже мой.
— Екатерина, — я осторожно коснулась её плеча. — Он забрал его у меня год назад. Просто чтобы сэкономить. Не хотел тратиться на подарок тебе, но хотел выглядеть щедрым. Это в его духе.
Она подняла на меня взгляд. В нём уже не было злости — только боль и глубокое разочарование. Иллюзия рухнула. Если он солгал в таком «святом» вопросе, связанном с памятью предков, то где ещё он лжёт? В делах? В чувствах?
— Забирай, — резко сказала она и протянула мне украшение. — Мне оно больше не нужно. Оно будто обжигает кожу.
Я взяла колье в руки. Металл был холодным, но быстро согрелся от тепла ладони. Я почувствовала облегчение — словно тяжёлый груз исчез с души. Мама вернулась домой.
— Спасибо тебе, — сказала я тихо. — Ты поступила по совести.
— Я не хочу быть соучастницей кражи, — она вытерла слезу и поправила макияж дрожащими пальцами. Затем глубоко вдохнула и выпрямилась: в её осанке появилась решимость. — Пойдёмте.
Мы направились в зал ресторана. Дмитрий уже выглядывал нас из-за столиков, нервно поглядывая на часы и теребя салфетку пальцами. Увидев нас вместе, он вздрогнул, но остался стоять на месте, стараясь сохранить видимость спокойствия.
Мы подошли к столику как раз в тот момент, когда музыка ненадолго прервалась для смены трека.
— Екатерина, всё хорошо? — спросил Дмитрий с притворной мягкостью в голосе; глаза же метались по сторонам беспокойно и суетливо. — О чём вы там шептались с Марией? Надеюсь, она не наговорила чего лишнего?
Екатерина посмотрела на него сверху вниз спокойно и холодно; во взгляде читалось отвращение настолько искреннее, что подделать такое было бы невозможно.
— Нет, Дмитрий. Мария просто помогла мне разобраться кое в чём важном… В твоей «родословной».
— Что ты имеешь в виду? — его улыбка стала натянутой до нелепости.
Екатерина произнесла громко и отчётливо:
— Твоя «бабушка» просила вернуть это настоящей хозяйке.
С этими словами она указала на мою руку с колье внутри ладони.
Дмитрий побагровел лицом; открыл рот для очередной лжи или обвинения меня в краже… Но взглянув на лицо Екатерины понял: всё кончено. Гравировка выдала его ложь – он понял: я знала правду.
— Екатерина… ты неправильно поняла… давай выйдем поговорим… — начал он торопливо и потянулся к ней рукой.
— Не прикасайся ко мне! — резко сказала она и отдёрнула руку прочь.— Я вызываю такси сама и еду домой одна! А ты… оставайся здесь со своими сказками!
Она повернулась к выходу уверенно: спина прямая, голова высоко поднята – гордо ушла без истерик или сцен перед публикой… И именно за это она внезапно вызвала у меня уважение: вместо скандала – молчаливый приговор человеку из прошлого…
ФИНАЛ
Дмитрий остался стоять посреди зала под осуждающими взглядами окружающих – кто-то слышал разговор целиком; другие просто уловили суть происходящего по выражениям лиц… Его образ успешного мужчины рассыпался как карточный домик: фальшивый блеск исчез без следа… Он бросил на меня взгляд полный ярости – но страха я не почувствовала вовсе… Передо мной стоял всего лишь человек мелкий душой – запутавшийся во лжи…
Я не стала надевать колье сразу же – это выглядело бы как демонстрация победы… Вместо этого я бережно убрала украшение в мягкий бархатный кармашек сумочки – туда ему самое место: рядом с телом и вдали от чужих глаз…
Покинула ресторан я спустя полчаса после неё… На улице шёл густой пушистый снег – город укрывался белоснежным покрывалом… Воздух был чистым и свежим…
Я сделала глубокий вдох полной грудью – впервые за долгое время ощущая настоящую свободу… Всё плохое осталось позади: предательство… обида… чувство несправедливости… Всё осталось там внутри душного зала вместе с Дмитрием…
Я достала телефон и вызвала такси…
— Куда направимся? — спросит водитель…
— Домой… И пожалуйста сделайте остановку у круглосуточной кондитерской… Я хочу купить торт…
Вернувшись домой я заварю чай с чабрецом… Достану колье из сумки и положу его обратно в шкатулку – туда где ему место по праву…
А завтра начнётся новый день…
И этот день будет без теней прошлого…
Только я…
Моя любимая работа…
Мои дети…
И чистая совесть…
Справедливость может задерживаться… Но она всегда возвращается туда где ей быть положено…
Как вещи что несут любовь сквозь время…
