— Ты в своём уме, мама? Сколько времени на часах?! — закричала Ярина, перекрывая грохот разбившейся посуды, разлетевшейся по плитке кухни.
Она вбежала туда, сбрасывая на бегу одну туфлю. То, что предстало перед её глазами, никак не вписывалось в привычный уклад обычного вторничного вечера.
Вероника — всегда собранная, строгая, застёгнутая до самого горла в своей неизменной серой блузке — сейчас стояла посреди кухни в одном лишь халате, небрежно накинутом на обнажённое тело.
В руках она сжимала старую фарфоровую супницу — ту самую из праздничного сервиза, который доставался только по особым случаям.
— С ума? Нет, Ярина. Я как раз только что пришла в себя, — произнесла мать спокойно и разжала пальцы.
Супница с глухим звоном ударилась о пол и рассыпалась на множество осколков. Ярина застыла на месте, прижав ладони к щекам. В воздухе витал не запах ужина, а что-то терпкое и непривычное.
На столе мерцала толстая свеча в стакане, отбрасывая колеблющиеся тени по стенам. Рядом стояла открытая бутылка дешёвого красного вина.
— Что ты делаешь? — прошептала Ярина и заметила среди мусора пропуск матери с работы: он лежал поверх яичной скорлупы в ведре. — Это же твой пропуск в «СтройИнвест». За его потерю тебя оштрафуют!
Вероника медленно обернулась к дочери. Её обычно холодный и расчётливый взгляд теперь горел лихорадочным блеском.
Она взяла бокал со стола, сделала большой глоток и улыбнулась с торжеством:
— Пусть штрафуют. Я уволилась сегодня. Написала заявление и швырнула его прямо под нос этой гадюке Марте. А потом просто вышла. Знаешь это чувство? Будто из груди вытащили целый клубок колючей проволоки.
У Ярины заломило виски от напряжения. Она осторожно опустилась на табуретку, стараясь не наступить босой ногой на фарфоровые осколки.
— Уволилась? Сейчас? В середине ноября?! До праздников полтора месяца! Премии! Тринадцатая зарплата! Ты вообще думала о последствиях? На что мы жить будем? У нас кредит за твой ноутбук висит и коммунальные долги за три месяца!
Мать поставила бокал обратно и посмотрела на дочь так пристально, будто видела её впервые.
— «На что мы жить будем»… — передразнила она с усмешкой. — Интересная постановка вопроса. Вернее было бы спросить: как ТЫ собираешься меня содержать?
— Что ты имеешь в виду?.. — нахмурилась Ярина. — Мам… моя зарплата младшего аналитика всего сорок пять тысяч гривен! Из них пятнадцать уходит только на дорогу и еду! Мы даже кошку вдвоём не прокормим…
— Это уже не мои заботы, милая моя… — Вероника подошла к окну и прислонилась лбом к холодному стеклу. — Двадцать три года я тянула всё сама: садик тебе оплатила, школу закончила ты без долгов благодаря мне… институт твой тоже был на моих плечах… Каждая копейка была расписана заранее… Когда я себе бельё новое покупала?.. Всё тебе: то репетитор для математики нужен был срочно, то туфли для выпускного… Всё! Хватит! Теперь твоя очередь обеспечивать нас обеих! Не справляешься? Значит будем действовать жёстко!
— Что значит «жёстко»?.. — голос Ярины дрогнул от страха.
— Продадим квартиру… — буднично бросила мать через плечо. Даже не обернулась при этом. — Уже всё прикинула: эта двушка находится в хорошем районе… Деньги разделим пополам… Мне хватит купить студию где-нибудь в Трускавце или Одессе… Там можно спокойно доживать без работы… А ты снимешь себе комнатушку где-нибудь во Вишневом… Молодая ещё – пробьёшься… Или найди себе богатого мужика – как все делают сейчас…
Ярина смотрела ей вслед с недоверием – перед ней стояла совсем другая женщина… Не та самая мама, которая каждое утро молча варила овсянку и следила за тем, чтобы дочь не забыла надеть шарф…
— Ты меня выгоняешь?.. – еле слышно спросила она.
— Просто возвращаю себе долг… Свободу свою возвращаю!.. Не хочешь кормить мать – дверь там!.. Завтра риелтор придёт смотреть квартиру!.. Всё решено!
Ночь растянулась вязким кошмаром без конца… Ярина лежала на стареньком диване в гостиной и смотрела вверх – туда, где по потолку скользили отблески фар проезжающих машин…
Из комнаты матери доносились странные звуки: шелест бумаг… скрип ящиков… звон стеклянной посуды…
В голове крутились обрывки воспоминаний – теперь они казались фальшивыми копиями настоящего прошлого… Она вспомнила себя маленькой девочкой: как бежала обнять маму после её возвращения домой злой и уставшей…
А та мягко отстраняла её со словами: «Яринка… не трогай меня сейчас… я вся грязная после работы… иди лучше почитай книжку».
