— Всё время ты какая-то напряжённая. Праздник ведь, Новый год. Надо бы радоваться, а ты опять ворчишь.
— Вот сяду наконец и вытяну ноги — тогда и повеселею, — буркнула Оксана, передавая мужу стопку тарелок. — Только аккуратно! Это «Мадонна». Если хоть один скол будет, твоя мать с инфарктом ляжет.
Они начали сновать между кухней и гостиной. Стол постепенно наполнялся блюдами, достойными ресторанного меню. Оксана превзошла саму себя: салат «Гнездо глухаря» с перепелиными яйцами, прозрачное заливное из языка, румяные пирожки с капустой, ароматная домашняя буженина. В центре стола красовался запечённый гусь с яблоками и черносливом — блестящий от подрумяненной кожицы.
Оксана окинула взглядом результат своих усилий. Еды было столько, что хватило бы на целое свадебное застолье.
— Красиво получилось, — пробурчал Иван, прихватив ломтик колбасы. — А виски тот хороший достала? Который я покупал?
— Достала. На комоде стоит. Иван, послушай…
Она подошла ближе и взяла его за руку.
— Что такое?
— Мне кажется, твоя мама сегодня особенно на взводе. Если она снова начнёт свои придирки — поддержи меня. Я очень устала. Хочу просто спокойно посидеть за столом и встретить Новый год по-человечески.
Иван отвёл взгляд в сторону.
— Ну не преувеличивай ты так… Оксан. Она просто переживает — хочет всё как лучше устроить по старинке. Не бери в голову.
— Я не могу это игнорировать, когда меня используют как прислугу на кухне и делают вид, будто так всегда было задумано! Ты же сам всё видишь!
— Да перестань уже! — он выдернул руку из её ладони. — Сейчас гости нагрянут, а у тебя лицо кислое как лимон! Лучше улыбнись!
В этот момент раздался звонок в дверь. Иван тут же преобразился: натянул приветливую улыбку и поспешил к выходу.
— Пришли! Пойду встречу!
Оксана осталась у стола одна; внутри неё поднималась тревога тяжёлым холодным комком.
В квартиру ворвались гости вместе с запахом морозного воздуха и насыщенным шлейфом сладких духов из Херсона: Елена — полная дама с высоким начёсом; её супруг — тихий пожилой мужчина с тростью; и Зоряна — дочь какой-то давней приятельницы Татьяны, женщина лет сорока с постоянно поджатыми губами.
Татьяна появилась из спальни в бархатном платье с блестящей нитью люрекса и сияющей улыбкой на лице.
— Дорогие мои! Как я рада вас видеть! Проходите скорее! Как добрались? Не замёрзли?
— Ох Татьяна! Такая гололедица была! Но ради твоего гостеприимства мы бы хоть ползком пришли! — защебетала Елена весело.
Оксана стояла в дверях кухни без фартука; она поправила своё простое элегантное платье в ожидании хотя бы формального представления или приветствия.
— Раздевайтесь скорее! — распоряжалась свекровь бодро. — Иванчик, помоги дамам со шубами! Проходите к столу сразу же: всё готово до мелочей! Я так старалась!
Оксана моргнула: «Я старалась»?
Гости потянулись в сторону гостиной. Увидев накрытый стол, Елена всплеснула руками:
— Боже мой… Татьяна! Да это же пир царский какой-то! И заливное есть… А гусь какой аппетитный!.. Ты сама запекала?
Татьяна скромно опустила глаза и поправила салфетку у прибора:
— А как же иначе? Всё своими руками делала… Для дорогих гостей ничего не жалко… Присаживайтесь скорее!
Оксана вошла следом за ними в комнату; лицо её пылало от негодования.
— Добрый вечер всем присутствующим… — громко произнесла она.
Гости обернулись к ней так, будто только сейчас заметили её присутствие в доме.
— Ой… Оксаночка… здравствуй… похорошела ты как… — рассеянно бросила Елена через плечо.
— Благодарю вас… Татьяна… может быть вы поможете мне принести горячие соусники? Те самые два набора соусов к мясу… которые я приготовила ещё полчаса назад?
Свекровь метнула на неё ледяной взгляд глазами-иголками… но тут же повернулась к гостям с любезной улыбкой:
— Конечно-конечно… милая моя… Сейчас всё организуем как надо… Садитесь пока поудобнее…
Оксана подошла к Ивану у окна:
— Ты слышал? Она сказала: «всё сама», «своими руками»?!
Иван наклонился ближе:
— Ну зачем ты придираешься к словам? Маме приятно похвастаться перед людьми… Что тебе жалко что ли? Все прекрасно понимают: ты участвовала…
— Я не участвовала… Иван… я сделала ВСЁ от начала до конца…
