Он нерешительно потянулся к моей ладони.
— Ганна, прости меня. Я…
— Слышал звон, да не понял, откуда он, — буркнула я. — Маме твоей поверил…
— Я и с мамой поговорил, — сказал муж. — Попросил её больше не вмешиваться в наши отношения. Конечно, она обиделась. Сказала, что хотела как лучше, была уверена, что ты… ну… что ты меня обманываешь.
— И теперь я должна растрогаться и броситься тебе на шею? — я отодвинулась чуть дальше. — Ты даже не попытался выслушать меня, Виталий! Сразу ей поверил!
— Да понимаю я всё! — он выглядел по-настоящему расстроенным. — Я… Я хочу всё исправить. Готов сделать для тебя всё что угодно! Давай сделаем ремонт так, как тебе хочется? Хоть все стены выкрасим в этот твой мятный цвет…
— В персиковый, — пробурчала я.
— Ну в персиковый! — рассмеялся он. — Великолепный оттенок. И… И поедем в отпуск туда, куда ты захочешь. Хоть на острова.
— На острова? — прищурилась я. — Но это же безумно дорого.
— Ну… — он смущённо улыбнулся. — Или не на острова… а…
— Нет уж! — решительно заявила я. — Первое слово важнее второго! А что ты хотел предложить во втором варианте?
— Ну… поближе куда-нибудь… Хотел вместе выбрать.
— Тогда пусть будут острова, — сказала я окончательно.
— Хорошо, пусть будут острова, — покорно согласился Виталий.
Я старалась не улыбаться – правда старалась – но его виноватая ухмылка… Иногда ведь так бывает: злишься на кого-то изо всех сил, а потом он делает какую-нибудь глупость или милость – и вся злость улетучивается без следа?
Виталий снова приблизился ко мне и обнял меня – я позволила ему это сделать.
— Есть ещё кое-что важное, — сказала я тихо.
— Что именно?
— Больше никаких маминых пересудов. Если она снова начнёт подозревать или фантазировать – сначала проверишь информацию и обсудишь всё со мной напрямую. Договорились?
— Договорились… — с облегчением выдохнул Виталий.
Похоже, мне удалось его перевоспитать.
