— Ты что, серьёзно? Значит, пёс важнее собственных внуков?
Ярина смотрела на мать с недоверием и усталой злобой, будто не верила услышанному.
— Я такого не говорила.
— А как иначе это понимать, мам?! У детей аллергия на Богдана, а ты вместо того, чтобы хотя бы на пару лет пристроить его в хорошие руки, собираешься оставить меня одну с грудничками!
— Отдать Людика? Кому же его отдать? — встревожилась старшая внучка Юлия.
— Не вмешивайся! — резко оборвала её Ярина. Девочка испуганно отступила назад.
Н а ч а л о
Валентина крепко прижимала к себе своего пёсика, который уже начинал поскуливать и явно хотел спрыгнуть на пол. Дочь никак не могла понять: именно благодаря Богдану — худенькому, но ласковому и жизнерадостному псу — Валентине удавалось удерживаться на грани депрессии и не провалиться в бездну отчаяния.
— Ну что молчишь? Я права ведь? Тебе всё равно до меня!
— Как ты можешь такое говорить?.. Ай-ай-ай… Бессовестная! — Валентина покачала головой с горечью. — Тебе уже 35 лет, милая моя, а всё мама подай да мама принеси! Если бы я действительно была равнодушна к тебе — выгнала бы тебя ещё в восемнадцать и забыла! А я тебе образование дала, сумки с продуктами таскала без конца, квартиру свою разменяла ради твоего первого взноса по этой чёртовой ипотеке!
Она тяжело перевела дух от нахлынувших эмоций и отпустила собаку. Судя по выражению лица Ярины, та воспринимала материнскую помощь как должное. Это только подлило масла в огонь:
— А кто Юлию с младенчества растил? Забыла уже? Она у меня почти до трёх лет жила — пока вам место в садике не дали! Думаешь легко это было — с малышкой нянчиться каждый день? Ни года мне не дали спокойно пожить на пенсии!
— Да поняла я уже: мы тебе обуза…
— Не обуза вы мне! Но я тоже человек. У меня есть своя жизнь и свои желания помимо вас. И здоровье уже давно не то! Я вас двоих вырастила — свой долг выполнила. А дальше насколько смогу. Ты у меня спрашивала совета перед тем как рожать? Нет! Ты сама решила стать матерью — для себя же рожала!
— У меня тогда муж был вообще-то!
— Был да вышел из кадра! Ты прекрасно знала, кто он такой. Даже я нутром чувствовала: скользкий типец он был. А мне тяжело сейчас, Ярина… До самых твоих родов я подрабатывала где могла лишь бы у тебя были деньги платить за ипотеку…
