— Ну и тварь эта Алина! Чтоб ей пусто было! А ты держись, Оксана, не раскисай! Уж я бы ей такую пакость устроила — только повод подай!
— Не ругайся с ней, будь моей разведчицей. Мне надо знать, что там у них…
Дочь тоже прекратила общение с Дмитрием. Для неё отец будто исчез — и это стало для него настоящим ударом: он ведь обожал свою девочку.
Проведя пару месяцев в веселье с Алиной, Дмитрий начал ощущать, как вина буквально разрывает его изнутри. Жена его исхудала, осунулась, под глазами — тёмные круги… Бедняжка никак не может прийти в себя. А ведь он всё ещё испытывает к ней чувства — пусть не такие пылкие, как к Алине, но Оксана ему дорога. А родная дочь смотрит на него с такой ненавистью — точно так же, как Ленин взирал на буржуазию: взгляд полон презрения и боли. Дмитрий поговорил с Алиной… и снова начал укладывать вещи.
На два этажа ниже он валялся у ног Оксаны, умоляя простить его и клянясь всеми святыми, что это было помутнение рассудка и больше такого не повторится… Оксана простила и приютила снова. И опять перед соседями пришлось краснеть — теперь уже обсуждали её полное отсутствие гордости и самоуважения. Мол, приняла обратно такого наглого самца! Прошёл месяц за месяцем… Только всё вроде бы устаканилось — как вдруг Дмитрий опять начал собирать чемодан и вновь поскакал козлом на четвёртый этаж к Алине. Цок-цок по лестнице…
Проходило недели восемь-девять — он возвращался назад к жене. И так по кругу целый год. Двор хохотал до слёз. Дети обеих семей чувствовали себя униженными до предела: у одних мать-потаскушка, у других отец-бабник. Всем было стыдно до дрожи в коленях.
Оксана выглядела ужасно: впалые щёки, редкие волосы, потухший взгляд… А ведь раньше была красавицей! Зато Алина блистала: смотрела вызывающе прямо в глаза соседям, ярко красилась, кокетничала движениями… Как легко отпускала она Дмитрия обратно к жене — так же просто принимала назад.
Однажды после очередного ухода мужа к любовнице Оксана столкнулась с Алиной на улице. Их взгляды встретились настолько яростно, что казалось вот-вот вспыхнет пламя; прохожие замерли от напряжения.
«Как она смеет так смотреть на меня?!» — кипела от злости дома Оксана. — «Смотри-ка какая сияющая вся! Глаза сверкают нагло! А я? На кого я похожа? Нет уж… хватит! Допрыгались они оба… Я им отплачу за всё».
В раннюю субботнюю зарю Оксана вышла из подъезда ещё до того как кто-либо появился во дворе. Направилась прочь от города вдоль реки в сторону цыганского поселения неподалёку от окраины.
Старушка на балконе заметила её фигуру среди утреннего тумана и удивилась: «Неужто топиться пошла?» Но тут же вспомнила про дочь Оксаны: женщина-то ответственная была всегда… Вряд ли бросит ребёнка сиротой.
Спустя полчаса она уже стояла среди домиков посёлка. Первому попавшемуся мужчине задала вопрос о женщине по имени Мария… Удивительно даже — столько лет прошло, а имя той цыганки она всё ещё помнила.
Прошло шесть месяцев.
За это время муж Оксаны оказался под землёй — смерть настигла его внезапно: кровоизлияние в мозг из-за аневризмы артерии.
— Вот те раз… здоровый был мужик-то! Ни жалоб ни болячек… — дивились соседи.
— Да то ж нервы… Вы бы побегали туда-сюда между двумя бабами…
А тем временем Алина ослепла полностью. Теперь ходила с тростью да жила на инвалидное пособие…
— Меньше бы глазела на чужих мужей!
— Это всё проделки Оксаны! Я своими глазами видела: ходила она тогда к цыганам!
— Та ну тебя… сказки рассказываешь! – сомневались люди вслух, но внутренне напряглись и стали обходить стороной тех самых цыган из посёлка.
А вот сама Оксана словно расцвела заново: глаза заблестели живым светом; щёки налились румянцем; волосы стали гуще да ещё и выкрашены в белый цвет…
Вскоре она вновь вышла замуж за спокойного мужчину да стала жить тихо да счастливо прямо там же – никуда не переезжая – всё в том же подъезде возле речушки на окраине украинского города.
— Молодец ты у нас, Оксаночка! – говорила ей верная подруга – правильно поступила! С такими только через проклятие справляться можно!
— Ты о чём это? – лукаво улыбалась женщина – я ж ничего такого… само вышло…
— Ну-ну… Я-то за тебя горой стою – ты знаешь… Так что с моей стороны – тссс!… Только поддержка тебе будет всегда.
