— Ты… ты молодец. — Он крепко взял её за руку. — Прости меня. Прости, что молчал, что не встал на твою сторону. Я… боялся расстроить Ярину. Но ты была права. Во всём.
Оксанка обернулась к нему. В глазах Богдана стояли слёзы.
— Ты должен выбрать: либо со мной, либо с ними. Иного не будет.
— С тобой. Я выбираю тебя.
Она кивнула:
— Тогда поехали домой.
Ярина не выходила на связь целый месяц.
Потом пришло короткое сообщение: «Приезжайте в воскресенье. Нужно поговорить».
Они приехали втроём. Дверь открыла свекровь — заметно постаревшая, уставшая.
— Заходите.
Она устроилась напротив Оксанки и долго молчала, прежде чем заговорить:
— Я… была неправа перед тобой. Прости меня.
Оксанка промолчала.
— Просто мне казалось… Александра всегда была моей гордостью: красивая, умная. А потом — развод, женатый мужчина, дочку бросила… Мне стало стыдно. Вот я и придумала этот образ «успешной», чтобы хоть кому-то это показать… — Ярина вытерла слезу рукой. — А злилась на тебя потому что ты настоящая… и это больно было видеть.
Она подняла глаза:
— Ты замечательная мама, Оксанка. И жена хорошая тоже. Я это вижу теперь… просто раньше признать боялась.
Оксанка медленно кивнула:
— Мне не нужна любовь любой ценой. Но унижениям больше не место в нашей жизни.
— Их больше не будет. Обещаю тебе это.
Богдан облегчённо выдохнул.
Жизнь постепенно вошла в спокойное русло — не сразу, но уверенно.
Ярина перестала сравнивать дочерей между собой. Стала приезжать помогать с детьми: молча гладила бельё, пекла пироги для всей семьи. Как-то раз, укладывая малышей спать, прошептала:
— Богдану повезло с тобой…
Оксанка ничего не ответила, но внутри стало светлее и спокойнее.
Александру больше никто не видел на семейных встречах и праздниках — Ярина навещала её сама по себе: редко и без прежнего восторга в голосе или взгляде. В один из вечеров она призналась Оксанке:
— Оксанку-дочку я к себе забрала… Тарас попросил — говорит, ему тяжело одному справляться… Александра согласилась… — Она замолчала ненадолго и добавила: — Девочка меня боится… почти совсем меня не знает… приходится всё строить заново…
— А Александра?
— Иногда приезжает… когда её «друг» разрешает…
Они сидели на кухне за чашками чая; за окном играли дети — сыновья и дочки Оксанки вместе с внучкой Машенькой, которые наконец познакомились друг с другом как родные люди.
Ярина вдруг тихо спросила:
— Ты ведь меня ненавидишь?
— Нет, — покачала головой Оксанка. — Но того прошлого уже не будет никогда… Мы начали всё сначала… И знаешь что? Это даже хорошо…
Свекровь кивнула и вытерла глаза платком.
Иногда справедливость приходит вовсе не через месть или упрёки… а через честность вслух сказанных слов и выбор: остаться рядом или уйти навсегда.
