Я закрыла блокнот.
— Галина, я не скупая. Просто устала одалживать деньги, которые никто не возвращает.
Она всхлипнула.
— Значит, отцу лекарства не купишь? Понятно. Я это запомню. Когда тебе будет нужна помощь — вспомню.
И отключилась.
Я опустилась на диван, положив рядом телефон. Галина всегда действовала одинаково — давила на жалость и вызывала чувство вины. «Я запомню», «Ты стала жадной», «Раньше другой была».
Раньше я молча отдавала деньги. За полгода — сто одна тысяча гривен.
Теперь я тоже молчала, но кошелёк оставался закрытым.
Через час пришёл Богдан. Не говоря ни слова, снял куртку, сел рядом и включил телевизор.
Я занималась ужином. Он не подходил и не заводил разговоров.
За столом ел молча, уставившись в тарелку.
После ужина я убрала посуду и протёрла столешницу. Он всё так же сидел на диване.
Спустя полчаса произнёс:
— Мама плакала. Сказала, ты отказалась купить отцу лекарства.
Я устроилась в кресле напротив него.
— Я отказалась дать ещё двадцать тысяч сверх тех сорока восьми, которые она до сих пор не вернула.
Он покачал головой:
— Анастасия… Это же родители. Им нужно помогать…
Я посмотрела прямо ему в глаза:
— Помогать — да. Но когда берут сто тысяч и даже не вспоминают о возврате — это уже использование доверия.
Он усмехнулся с недоверием:
— Использование? Ты серьёзно?
Я кивнула утвердительно:
— Абсолютно серьёзно. Твоя мама каждый месяц просит деньги под обещания вернуть — и ни разу этого не делает. Ты снимаешь с моей карты средства, говоришь: «потом верну» — и забываешь об этом. Сто одна тысяча за шесть месяцев!
Он резко поднялся:
— Прекрати считать! Надоело слушать про твои подсчёты! Мы семья! Понимаешь? Семья!
Я тоже поднялась с кресла:
— Семья — это уважение друг к другу. А когда один только даёт, а другие берут без отдачи — это паразитизм, а не семья!
Он ушёл в спальню и громко захлопнул дверь за собой.
Я достала блокнот и открыла страницу под названием «План». Написала: «Семейный ужин. Все вместе. При всех».
Через неделю у Галины день рождения. Она всегда устраивает дома праздничный ужин: родственники, соседи, друзья — обычно человек двадцать собирается.
На следующий день я набрала её номер:
— Галина, поздравляю заранее! Что приготовить к вашему празднику?
Она удивлённо отозвалась:
— Анастасия? Ты придёшь?
Я улыбнулась в трубку:
— Конечно приду! Мы ведь семья…
В её голосе прозвучала радость:
— Вот это хорошо! А то я думала — ты обиделась… Принеси какие-нибудь салаты?
Я записала себе в блокнот:
— Обязательно принесу салаты. И торт закажу праздничный.
Она оживилась ещё больше:
— Спасибо тебе огромное! Значит… ты больше не злишься?
Глядя на список дел в блокноте, я ответила спокойно:
— Нет-нет… Просто хочу кое-что обсудить с вами при всех гостях за столом…
Она растерялась:
— Обсудить?.. Что именно?
Я захлопнула блокнот:
— Расскажу во время ужина. До встречи тогда, Галина!
Следующие дни посвятила подготовке: распечатала все записи из своего блокнота по займам денег семье Богдана: таблица с датами займов, суммами, кто брал средства и были ли они возвращены обратно или нет.
Галина — сорок восемь тысяч гривен за шесть эпизодов помощи; ничего не вернула.
Богдан — пятьдесят три тысячи гривен за восемь раз; также без возврата.
Итого: сто одна тысяча гривен за полгода поддержки их семьи из моего кармана.
Всё сложила аккуратно в папку вместе с распечатками таблиц расходов; заказала торт и приготовила несколько видов салатов заранее вечером перед праздником.
Богдан вечером спросил меня осторожно:
— Ты правда собираешься пойти к маме на день рождения?
Я кивнула утвердительно:
— Да, конечно пойду.
Он заметно повеселел:
— Отлично! Значит… вы помирились?
Улыбнувшись ему слегка натянуто, сказала только одно:
— Поговорим там за столом…
Он ничего больше не спросил; видимо решил оставить тему до вечера встречи всей семьи у матери дома.
Празднование было назначено на субботу вечером; мы пришли ровно к шести часам вечера.
Квартира была наполнена гостями: родные Богдана со стороны матери; соседи по дому; друзья детства Галины.
Человек двадцать точно собралось вокруг большого стола уже накрытого закусками и напитками…
Галина встретила нас сияющей улыбкой у двери; обняла меня крепко при входе:
— Анастасия! Как же здорово видеть тебя здесь! Салаты поставь вот сюда на край стола… а торт сразу убери в холодильник…
Сделав всё как она просила — я заняла место рядом с Ириной (сестрой Богдана) и её мужем.
Против нас сидели отец Богдана Виктор (бывший муж Галины), тётя Ганна и соседка Дарина из соседнего подъезда…
Начались традиционные тосты-поздравления… Галина сияла от счастья… благодарила гостей… вытирала слёзы умиления…
После третьего бокала поднялась тётя Ганна со словами поздравлений:
— Галочка… ты настоящий золотой человек! Всем помогаешь… всех поддерживаешь… Вот даже Анастасию с Богданом опекаешь как родных детей…
Все согласно закивали головами… кто-то даже захлопал ладонями…
Галина посмотрела на меня тепло улыбающимся взглядом…
— Да… люблю их обоих… стараюсь помогать чем могу…
В этот момент я достала папку из своей сумки… положила её перед собой на стол…
Богдан наклонился ко мне ближе:
— Настя… что это такое?..
Не отвечая ему ничего… я поднялась со своего места… слегка подняв руку над столом для привлечения внимания гостей…
Обратилась к имениннице:
— Галина… можно мне тоже сказать пару слов?..
Она кивнула доброжелательно:
― Конечно же можно… говори!
Открыв папку перед всеми присутствующими… достала распечатанную таблицу расходов…
― Хочу поздравить вас с праздником… но также затронуть одну важную тему – семейной взаимопомощи…
Наступила напряжённая тишина…
Галина нахмурилась слегка:
― Анастасия?.. Сейчас?.. На дне рождения?..
Я уверенно ответила:
― Сейчас самое время – ведь вы только что сказали всем здесь присутствующим о том, как стараетесь нам помогать…
А теперь хочу показать – кто кому действительно помогает последние месяцы…
Лицо Богдана побледнело…
― Настя!.. Не надо сейчас этого…
Подняв выше лист бумаги с таблицей – продолжила громко:
― Здесь указаны все мои финансовые вложения в вашу семью за последние полгода…
Галина – вы брали у меня сорок восемь тысяч гривен шесть раз подряд…
Ничего обратно так и не вернули…
Галина застыла посреди движения – бокал замер у неё в руке…
― Анастасия!.. Причём тут сейчас это?..
