К вечеру всё было готово. Карта памяти на 64 гигабайта, включение по датчику движения. Через приложение можно было бы следить в реальном времени, но я решил не рисковать — вдруг не разберусь с настройками сразу. Проще записать, а потом спокойно просмотреть.
Оставалось убедить её, что меня не будет дома. Без этого она вряд ли осмелится привести любовника прямо в квартиру — по крайней мере, хотелось верить, что при мне она бы на такое не пошла.
Я набрал её номер на работе. Сказал утомлённым голосом, что голова всё ещё раскалывается и собираюсь заехать к другу в Кагарлык переночевать — тот давно звал. Мол, сменю обстановку и ей мешать не буду, и сам немного отдохну. Оксана удивительно спокойно восприняла это: выразила сочувствие и согласилась, что смена обстановки пойдёт мне на пользу. Обычно бы начала расспрашивать или насторожилась… А тут — как будто только этого и ждала. И это кольнуло особенно больно.
Мне даже почудилось: в её голосе проскользнула нотка радости? Или это уже моя паранойя?
Вечером я изобразил усталого больного: собрал сумку, поцеловал её в щёку перед уходом. Она проявила заботу — поправила шарф у меня на шее и пожелала быть осторожнее за рулём. Но глаза… они избегали моих.
— Позвоню перед сном, – сказал я у двери. – И тебе лучше лечь пораньше, ты ведь тоже вымоталась.
— Конечно-конечно, – кивнула она с лёгкой улыбкой. – Не волнуйся обо мне, любимый. Отдыхай спокойно.
Слово «любимый» прозвучало из её уст как-то чуждо… Раньше оно согревало душу — теперь резануло холодом.
Я захлопнул за собой дверь и спустился вниз по лестнице. На улицу вышел неспешно — но далеко уезжать не стал: припарковался за углом дома и затаился под деревьями напротив подъезда через дорогу.
Адреналин бурлил в крови; каждая минута казалась бесконечной мукой ожидания. Я стоял под моросящим дождём без зонта, будто он был мне безразличен — ни сырость, ни холод больше не ощущались телом. Глазами я впился в окно нашей спальни на третьем этаже: там горел свет; силуэт жены мелькал за занавеской — наверное проверяла через окно: действительно ли я уехал? Потом свет погас.
Я остался неподвижен. Минут через тридцать к подъезду подошёл мужчина с поднятым воротником плаща. Сердце оборвалось: он… Тот самый из вчерашнего дня! Узнал его сразу – походка выдала с головой. Он оглянулся по сторонам и быстро набрал код домофона (значит… она дала ему код). Дверь открылась – он вошёл внутрь.
Меня качнуло от злости и бессилия одновременно; хотелось броситься следом… Но я лишь крепко зажмурился и прикусил губу до крови: нельзя сейчас вмешиваться! Надо дождаться записи… иначе всё зря! Иначе она скажет потом: «Это просто коллега заходил», «Ты всё неправильно понял». Нет уж…
Я просидел напротив дома ещё пару часов как на раскалённых иголках внутри машины под усиливающимся дождём; капли стекали по лобовому стеклу так густо, что окна соседних квартир расплывались пятнами света… Впрочем, мне уже не нужно было видеть — я знал точно: там происходит то самое предательство… Представляя это снова и снова в голове, я едва удерживался от крика; бил кулаками по сиденью машины; кусал руки до следов зубов… А потом вдруг начал всхлипывать шёпотом:
— За что?.. Почему?..
Не знаю точно сколько прошло времени… Наконец около полуночи из подъезда вышли двое — Оксана провожала своего любовника до улицы. Даже сквозь пелену дождя было видно: она прижимается к нему прощально; он целует её напоследок… Потом мужчина растворился во дворах между домами; жена вернулась обратно одна.
Я подождал ещё минут десять для уверенности — чтобы убедиться: он ушёл окончательно и она поднялась обратно домой… Лишь после этого медленно вырулил с места стоянки и помчался прочь от этой квартиры-призрака…
Ездил долго без цели… хотя достаточно было переждать всего час-другой – пока она уснёт окончательно… В голове гремели одни слова:
«Я видел это… Она… С ним… У нас дома».
Ближе к двум ночи решился вернуться обратно домой тихонько как воришка… Руки дрожали при открывании двери ключом; внутри квартиры царила тишина – только тусклый ночник пробивался щелью из спальни…
Она спала? Я заглянул внутрь осторожно: Оксана лежала лицом к стене под одеялом почти с головой укрывшись… Спит? Или делает вид?.. Неважно уже…
Я прошёл мимо неё крадучись до гостиной словно боялся потревожить преступницу на месте преступления…
Хотелось схватить её прямо сейчас за плечи со словами:
«Вставай! Я всё знаю!»
Хотелось включить свет ярко-ярко – показать ей запись измены прямо перед глазами…
Но вместо этого остался стоять у стены в гостиной молча…
Нет… Надо действовать хладнокровно…
Пусть утром уйдёт спокойно на работу – тогда посмотрю запись сам один…
Так будет правильнее…
Оставшуюся часть ночи провёл без сна на диване гостиной… Примерно около шести утра услышал звон будильника из спальни; затем шаги на кухне…
Она заметила меня первой:
— Ты уже вернулся? Почему ко мне не лёг? – спросила хрипло спросонья.
— Не хотел мешать тебе отдыхать… – ответил я тихим голосом сквозь напряжение внутри себя; взгляд был прикован к чашке кофе перед собой — той самой кружке с остатками напитка для неё самой…
– Как мама?
Она заморгала растерянно:
— Мама?.. Что ты имеешь в виду?
— Ну разве ты не ночевала у мамы?.. Разве нет?.. – проговорил я натужно наблюдая за тем как она поспешно отвела взгляд…
— А-а да-да конечно! У мамы была! Спасибо что напомнил – надо ей позвонить!
— Угу… – только выдавил из себя ответный звук прежде чем отвернуться вновь к чашке кофе притворившись будто задремал снова…
Оксана торопливо собралась и ушла почти бегом оставив после себя запах духов вперемешку с ароматами утреннего кофе… Мне даже показалось будто другой запах примешивается вновь… или это лишь эхо ночных кошмаров?
Как только дверь захлопнулась окончательно — я сорвался со стула почти бегом направившись прямиком в спальню…
Трясущимися руками достал карту памяти из спрятанной камеры наблюдения…
Вот она — маленькая вещица весом во всю мою судьбу…
На кухне вставил карту памяти в ноутбук…
Файлы были целы!
Сердце стучало так сильно что пальцы дрожали над клавишами…
Один файл длиной чуть больше двух часов…
Это оно!
Мгновение истины наступает прямо сейчас глубокой ночью когда весь мир спит а я один смотрю правде в глаза…
Нажимаю кнопку воспроизведения…
Запись начинается
Делаю глубокий вдох прежде чем позволить себе узнать всю правду до конца…
На экране появляется наша спальня освещённая тусклым светом ночника…
Пока пусто
Цифры времени показывают 21:47
Кадр дёргается резко — камера реагирует на движение
В кадре появляется Оксана
В домашнем платье босиком
Проводит рукой по волосам нервничая
Подходит ближе к кровати оглядывается вокруг
Господи!.. Она смотрит прямо туда где спрятана камера?!
Замираю от страха разоблачения
Но нет — просто смотрела мимо — туда где книжные полки — камеру так и не заметила
Затем бросает взгляд на дверь — явно кого-то ждёт
Сердце моё бьётся гулко
Через минуту входит он — высокий мужчина — тот самый — теперь без плаща — только тёмная рубашка
Держится уверенно словно хозяин квартиры
Кулаки мои сами собой стискиваются до боли
Оксана подходит ближе — они переговариваются негромко но микрофон камеры ловит каждое слово:
— Ты уверен что он не вернётся? – спрашивает мужчина осматриваясь вокруг без всякого смущения или попыток говорить тише
— Абсолютна уверена – отвечает она спокойно отчего внутри меня всё скручивается судорогой от предательства –
Я сказала ему что у мамы переночую Он уехал загород До завтра точно его не будет
Он усмехается:
— Хитрюга ты моя Ну здравствуй родная моя…
Он тянется к ней руками а Оксана буквально бросается навстречу им обнимаясь крепко целуются долго страстно словно никого больше нет вокруг кроме них двоих…
А ведь они даже представить себе не могут кто сейчас наблюдает их со стороны экрана!
Мне хочется закричать но рот немеет от боли внутри груди которая разрывает меня пополам…
И всё же продолжаю смотреть дальше неспособный остановиться несмотря ни на что…
