Тихий вторничный вечер подходил к концу в привычном для Оксаны ритме. Пока дети заканчивали домашние задания, она устроилась на кухне с ноутбуком и методично вычеркивала очередные пункты из своего бесконечного списка дел. Оплатить родителям счет за электричество. Заказать через приложение новую партию лекарств для отца. Перевести средства на общую карту с матерью, с которой та покупала продукты. Эти действия стали почти автоматическим ритуалом заботы, который длился уже семь лет — с того самого момента, как у Михайла случился инсульт.
Звонок раздался как раз в тот момент, когда она подтверждала оплату нового тонометра.
— Оксан, это я, — голос Ганны звучал растерянно и виновато. — У нас тут что-то с картой… В магазине не смогли расплатиться — сказали, карта заблокирована. Может, сбой в банке?
— Не переживай, мам. Сейчас проверю через приложение, — ответила Оксана и включила громкую связь на телефоне, одновременно заходя в онлайн-банк.
На экране рядом с картой «Мама-пенсия» горел тревожный красный значок: «Заблокирована». История операций была пуста последние три дня. Ни одного уведомления о блокировке не приходило.
— Странно… Ладно, не волнуйся. Завтра по дороге на работу заеду в отделение банка и всё выясню. Вам хватит наличных на ближайшие дни?
— Немного есть… хватит… Просто неприятно всё это… Прости, что побеспокала…
— Мамочка, ну что ты! Я же для этого и нужна.
Утром следующего дня, проводив детей в школу, Оксана свернула к знакомому банковскому отделению. Внутри царила обычная будничная атмосфера. Получив талончик и дождавшись своей очереди, она подошла к свободному окну.
Молодая сотрудница с бейджем «Анастасия» устало улыбнулась:
— Добрый день! Чем могу помочь?
— Здравствуйте. У моей мамы заблокировали пенсионную карту. Можете посмотреть причину? Вот паспортные данные и доверенность.
Оксана протянула заранее подготовленные документы.
Девушка быстро ввела данные в систему и взглянула на монитор. Ее лицо мгновенно изменилось: улыбка исчезла без следа.
— Карта действительно заблокирована… по заявлению владельца.
— Какому заявлению? Моя мама ничего не писала! — нахмурилась Оксана.
— Заявление было подано вчера в 14:35 через личный кабинет клиента… И одновременно… — сотрудница замолчала на секунду и посмотрела на Оксану оценивающе, — одновременно были выведены все средства на счет другого банка: триста двадцать семь тысяч восемьсот гривен…
В ушах у Оксаны зазвенела тишина. Где-то щелкал принтер, кто-то смеялся неподалеку… но слова доходили до нее обрывками: триста тысяч… Все мамины накопления… Сняты… Вчера…
— Это ошибка! Мама не умеет пользоваться личным кабинетом! Она даже пароль не помнит — он у меня записан! Это мошенники!
— Вам нужно обратиться в службу безопасности банка и подать заявление о мошенничестве… Но операция зарегистрирована официально… Блокировка произведена по стандартной процедуре по заявлению владельца карты… Средства переведены физическому лицу… Реквизиты я предоставить не могу…
Оксана почувствовала ледяной холод в пальцах рук. Дрожащими руками она достала телефон и вышла из отделения на шумную улицу.
Гудки тянулись бесконечно долго…
— Мам! Ты вчера заходила в интернет-банк? Карту блокировала? Деньги снимала?
— Что?! Нет конечно! Я же сказала тебе — ничего такого я не делала! Мы весь день дома были с отцом!
— Тогда кто?! Кто мог получить доступ?! Пароль знаем только мы вдвоем!
В трубке повисло тяжелое молчание…
— Мам?.. Ты что-то знаешь?
Голос Ганны стал тихим:
— Вчера… вчера Зоряна приходила…
Оксана замерла.
— Говорила про какую-то льготу нам оформить нужно – скидку якобы для пенсионеров – на интернет или коммуналку… Сказала проще сделать через ноутбук… Попросила паспортные данные… И карту тоже взяла – проверить что-то хотела…
Оксана резко остановилась посреди тротуара:
— СКИДКУ?! Через наш онлайн-банк?!
Ее голос сорвался почти до крика; прохожие обернулись.
— Мама!!! Вы ей карту отдали?! Пин-код тоже?!
Голос матери задрожал:
— Она же дочь твоя… Не чужая ведь… Сказала: ты всё сама тянешь одна – пусть хоть этим поможет…
Оксана прислонилась к холодной стене здания; перед глазами всплывали цифры: 327 800 гривен… И лицо сестры – Зоряны – с её сладкой полуулыбкой…
Она произнесла медленно:
— Никому не открывайте дверь. Я еду прямо сейчас.
Она стояла посреди улицы среди машинного гула и яркого утреннего света как будто оглушённая – ни солнце над головой, ни шум вокруг её больше не касались…
Зоряна?.. Какая ещё скидка?.. Зачем ей понадобились ВСЕ деньги?..
Дорога до родительской квартиры пролетела как сквозь пелену гнева и боли; она даже не помнила толком ни поворот руля, ни парковку во дворе старого спального района…
В голове стучало одно: «Триста тысяч гривен!.. Зоряна!.. Триста тысяч!..»
Подъезд встретил знакомым запахом старых стен и кота со второго этажа; Оксана почти бегом поднялась на четвёртый этаж…
Дверь открылась сразу – будто мать ждала её прямо у порога…
Лицо Ганны было бледным; глаза покрасневшими от слёз:
— Ну что?.. Разблокировали?..
Оксана сбросила туфли прямо у входа:
— Где папа?
Не дожидаясь ответа прошла мимо кухни прямо в комнату отца…
Он сидел возле окна укутанный пледом несмотря на духоту; парализованная левая рука лежала безжизненно на коленях; правая судорожно теребила край ткани…
Он смотрел испуганными глазами; пытался говорить – но выходили лишь невнятные звуки…
Оксана присела перед ним:
— Папочка… Всё хорошо… Ты ничего про карту не знаешь? Про Зоряну?
Он замотал головой; потом вдруг ткнул пальцем сначала в книжный шкаф у стены – потом в сторону матери…
Жест был отчаянным…
Ганна всхлипнула:
— Он всё утро туда показывает… Я понять не могу почему…
Оксана подошла к шкафу; нижние полки были заполнены грамотами детей со школы да старыми альбомами; наверху стояли коробки с документами…
Она взяла ту самую коробку с надписью «Важное».
Коробка оказалась подозрительно лёгкой…
Сердце упало вниз еще до того как она открыла крышку…
Документы перебирались один за другим: свидетельства о рождении её самой и сестры-близняшки Зоряны… свидетельство о браке родителей… медицинские выписки отца…
Но главного там уже не было — синей папки с документами на квартиру…
Приватизированную двухкомнатную квартиру их детства…
Оксана резко повернулась к матери:
― Мама!!! Где синяя папка?! Документы на квартиру?!
― Я точно не знаю!.. Может быть Зоряна взяла?.. Она говорила вчера про какие-то выписки для оформления льготы…
На верхней полке шкафа лежал один-единственный лист бумаги сложенный пополам…
Плотный белый лист пах типографской краской…
В левом верхнем углу красовался герб Украины; посредине крупными буквами значилось: «Витяг з Державного реєстру речових прав».
Кадастровый номер совпадал с их адресом…
Но дальше взгляд наткнулся на строчку:
«Право власності: Козак Зоряна Михайлівна
Підстава виникнення права: Договір дарування
Дата державної реєстрації права: 12 жовтня 2023 року»
Три недели назад…
Слова пульсировали перед глазами вместе со стучащим сердцем: дарение… собственность… имя сестры вместо родителей…
Мать испуганно заглянула ей через плечо:
― Что там написано?..
Оксана молча перевернула листок обратной стороной ― там значилось чёрным по белому прежнее право собственности родителей ― Ганны та Михайла ― а теперь единственным владельцем числилась только одна фамилия ― Козак З.М., доля 1/1
Лист бумаги выпал из рук девушки прямо под ноги матери
― Марина?.. Что это значит?.. ― прошептала та дрожащим голосом
― Это значит…, ― хрипло проговорила Оксана глядя ей прямо в глаза ― …что вы теперь здесь никто
Вы здесь просто гости
И эти слова прозвучали страшнее любого приговора
Комната погрузилась во внезапную тишину
Только часы тикали где-то за дверью да всхлипывала мать рядом
А отец бил рукой по креслу пытаясь выразить то чувство ужаса которое охватило его целиком
Когда он понял всё без слов
И тогда Оксана опустилась перед ним снова
Взяла его ладонь обеими руками
― Папа…, скажи мне честно…, ты подписывал какие-нибудь бумаги для неё?..
Он мотнул головой отрицательно но жестами показал словно расписывался где-то невидимо перед собой а потом махнул рукой словно говоря «не понимал»
Мать опустилась рядом устало:
― Он плохо себя чувствовал тогда…, давление прыгало…, а она пришла вся такая заботливая…, сказала надо доверенность срочно оформить чтобы лекарства получать могла…, чтобы тебя лишний раз не отвлекать…, мы ведь думали добро делает нам….
― Доверенность?… Нотариальная?… ― глаза Оксаны расширились ― Мамочка…, такая доверенность позволяет совершать сделки от вашего имени!… Если она была у неё….
Она осеклась посреди фразы потому что картина стала абсолютно ясной
Слабость родителей + доверие + легенда про помощь = продуманный план сестры
Её затошнило от осознания происходящего
Она резко поднялась со стула опершись о стену рукой чтобы удержаться вертикально
― Я сейчас ей позвоню…, ты будешь слушать каждое слово…, поняла?..
Она достала телефон нашла контакт «Зоряна» нажала вызов включив громкую связь сразу же после соединения звонка
Гудки шли долго пока наконец трубку сняли после четвёртого сигнала:
― Приветик! ― весело откликнулась сестра будто ничего страшного вовсе нет вокруг них сейчас вообще
На фоне слышался шум дороги или салона машины
― Светлана Викторовна…, где деньги?… Триста двадцать семь тысяч гривен?…
Наступило короткое молчание наполненное только звуками двигателя
А затем прозвучало спокойно почти снисходительно:
― Аааа…, так ты уже узнала?… Только это ж вовсе не я снимала….
