В этот момент раздался звонок в дверь.
Звучал он резко, настойчиво, уверенно — два коротких сигнала и один длинный. Такой ритм мог принадлежать только человеку, точно знающему, чего он хочет.
Я взглянула на часы на стене. Ровно семь вечера. Ни секундой раньше, ни позже.
— Это он, — прошептала Оленька и в панике схватилась за голову. — Маричка, я же в халате! Я ужасна! Красная как свекла! От меня пахнет маслом и средством для посуды!
— Сиди спокойно, — приказала я и поднялась из-за стола. — Я открою. Убежать тебе всё равно некуда — да и пол скользкий.
Я направилась в прихожую. Сердце вдруг забилось чаще, но теперь уже не от тревоги, а от предвкушения чего-то важного — финала этой странной комедии.
На пороге стоял Леонид.
В костюме. Настоящем чёрном костюме с лёгкой мешковатостью, который на его массивной фигуре выглядел как доспехи средневекового рыцаря. Галстук был затянут строго и аккуратно. В одной руке он держал пышный букет роз — бордовых, почти чёрных оттенков, с толстыми длинными стеблями под прозрачной плёнкой. Цветы внушительные и солидные.
А из кармана пиджака у него игриво выглядывал разводной ключ — крупный, хромированный, сверкавший под светом лампы.
— Добрый вечер, — прогремел он басом. Его голос напоминал гул мощного перфоратора на холостом ходу: стены будто дрогнули от вибрации. — Я к Оленьке. Она говорила будет здесь… Адрес верный?
Он внимательно осмотрел меня: сначала взгляд скользнул по моему мокрому виду (я так и не переоделась), затем опустился к полу с предательскими следами масла от ванной до кухни.
— У вас что-то случилось? — деловито уточнил он и машинально потянулся к ключу в кармане: был готов действовать немедленно. — Оленька упоминала возможные проблемы с сантехникой… Я захватил инструмент… Вдруг прокладку сменить или соединение подтянуть…
Я смотрела на него и понимала: вот оно счастье… Суровое такое… Надёжное… Коммунальное…
Из кухни несмело выглянула Оленька: вся красная от пара и смущения, в чужом халате, который едва удерживал её роскошные формы.
Леонид застыл на месте. Его профессиональный взгляд оценил масштабы ситуации одним движением глаз… И вдруг в его строгом лице появилось то, чего я никогда прежде не замечала: нежность… И неподдельное восхищение объемами работ.
— Оленька… — выдохнул он забыв поздороваться. — Вы… вы великолепны… Как капитальный ремонт после успешной приёмки комиссией…
Я едва удержалась от смеха и прикусила губу.
— Проходите же, Леонид! — распахнула я дверь шире с широкой улыбкой на лице. — Засор мы устранили своими силами… Но ванну придётся расширять: пользовательские параметры явно превышают проектную нагрузку санузла… Возьмётесь?
Он уверенно вошёл внутрь квартиры, сунул мне букет (по ошибке перепутав адресата), а сам подошёл к Оленьке так решительно, будто собирался подписывать акт ввода объекта в эксплуатацию лично навсегда.
— Ради такой женщины… — серьёзно произнёс он и достал разводной ключ из кармана как символ власти над пространством,— я не просто ванну увеличу… Я вам перепланировку оформлю официально! Поставлю душевую кабину промышленного класса – с гидромассажем там всяким… парогенератором… литым мрамором усиленным поддоном! Выдержит любые нагрузки!
Оленька вспыхнула ещё сильнее и прижалась носом к лацкану его пиджака – наверняка пахнущего металлом и надёжностью. Его большая ладонь мягко легла ей на плечо – полностью укрыв его своей тяжестью заботы.
Михайло выглянул из кухни с бутылкой коньяка в руке; протёр очки о край футболки и покачал головой:
— Ну что ж… Совет да любовь вам обоим… И пусть стояк будет свободен…
За окном дождь наконец стих; наступил тихий вечер без капель по стеклу. В квартире витали запахи розовых лепестков, доброго коньяка… подсолнечного масла… И немного – сантехнического счастья… Странная смесь ароматов – но именно так иногда пахнет настоящая жизнь: без лоска глянца или фальши – зато с гарантией от протечек навсегда…
Прошло три месяца – я заглянула к Оленьке в гости. В прихожей царил идеальный порядок; воздух был наполнен ароматом пирожков с капустой. А в ванной комнате сияла она – душевая кабина размером почти со спальню: хром блестит; стекло закалённое; поддон внушительный…
— Сам Леонид ставил! – гордо прошептала Оленька поглаживая ручку кабины.— Сказал теперь хоть танцуй тут вдвоём хоть мойся целый день – никакого вакуума!
— Ну? Танцуете? – спросила я с улыбкой.
Оленька загадочно усмехнулась и поправила кольцо с крупным камнем на пальце:
— Регулярно танцуем, Маричка… Регулярно…
Иногда для того чтобы найти своё счастье нужно просто хорошенько застрять в чужой ванной комнате…
