– Ты это всерьёз? – с трудом произнёс Роман, сделав шаг вперёд. Его голос прозвучал хрипло, с оттенком недоверия. – После всего, что между нами было?
Обычно уравновешенное лицо мужчины побледнело, а глаза округлились от потрясения. Он приоткрыл рот, будто собираясь что-то сказать, но слова так и не сорвались с губ.
Позади него, в коридоре, стояла Людмила – его мать. В руках она крепко держала сумку с вещами. Её губы были плотно сжаты, а взгляд метался между сыном и невесткой — в нём читались и обида, и негодование.
Оксана стояла у окна, скрестив руки на груди. За стеклом шумел вечерний Киев — конец октября, фонари уже разливались светом по мокрому асфальту. Квартира — её собственное пространство — выглядела уютно: светлые стены, удобный диван, на полках книги и фотографии из прошлых лет. Из жизни до Романа. Она глубоко вдохнула воздух в лёгкие, стараясь подавить дрожь в пальцах. Нет — сейчас нельзя дать слабину.
– Да, я серьёзно, – произнесла она ровным тоном, хотя внутри всё бурлило. – Я сказала всё ясно. Уходите.
Людмила не смогла больше молчать. Она шагнула вперёд и слегка оттолкнула сына плечом; её голос прозвучал неожиданно резко для обычно мягкой интонации.
– Это как понимать, Оксана? Ты нас выгоняешь? Меня — пожилую женщину — и моего сына? После того как мы тебе душу отдали?
Оксана повернулась к ней лицом и встретила взгляд свекрови прямо. В этих глазах она увидела не только уязвлённость — там был расчётливый холодок… Тот самый взгляд она узнала слишком поздно.
– Вы вложили душу? – переспросила она негромко. – Или просто рассчитывали на мою квартиру?
Чтобы понять причину этой сцены, нужно вернуться на два года назад — во времена, когда Оксана ещё верила в сказки о любви с первого взгляда.
На момент покупки квартиры ей было тридцать пять лет. Двухкомнатная квартира в хорошем районе недалеко от метро досталась ей благодаря наследству после матери и собственным накоплениям за годы работы. Отец ушёл из жизни раньше; мама долго боролась с болезнью и часто повторяла: «Оксана, пусть у тебя будет свой уголок… надёжный… чтобы ни от кого не зависеть». Тогда дочь кивала ей со слезами в глазах и обещала хранить этот угол как святыню.
Жильё стало для неё настоящей крепостью после юношеских разочарований в любви и долгих лет одиночества.
Она работала бухгалтером в средней компании: будни проходили спокойно — книги по вечерам, йога по выходным да редкие встречи с подругами. Детей у неё не было; так сложилось… Хотя временами мысль о ребёнке всё же проскальзывала где-то глубоко внутри души.
И вот тогда появился Роман.
Их знакомство произошло на корпоративе у общих друзей: ему было тридцать восемь лет; он трудился менеджером в строительной фирме — высокий мужчина с обаятельной улыбкой и густыми тёмными волосами умел шутить так тонко и легко, что Оксана невольно смеялась вслух каждый раз.
Он первым подошёл к ней: налил вина в бокал, расспросил о работе… слушал внимательно. Через несколько дней пригласил её выпить кофе вместе; спустя месяц они уже ходили вдвоём в театр…
Всё развивалось легко и непринуждённо.
Роман делился своей историей: давно развёлся без детей; жил вместе с матерью на съёмной квартире где-то на окраине города. «Мама у меня замечательная женщина», – говорил он часто. – «Она одна меня вырастила… теперь моя очередь заботиться о ней».
Появление Людмилы было постепенным: сначала Роман привёл Оксану к ним домой — скромная однокомнатная квартира была чистой хоть тесноватой… Свекровь встретила гостью радушно: испекла пироги сама лично; расспрашивала про родителей девушки да интересовалась её работой… Оксане понравилось то тепло во взгляде женщины на своего сына… «Хороший он у меня», – говорила Людмила со вздохом гордости… «Надёжный парень… просто жизнь его потрепала».
Через год они расписались без лишнего шума: обычная церемония в загсе да ужин для самых близких людей после неё… Тогда именно Оксана предложила Роману переехать к ней: места хватит всем…
Он согласился охотно:
– Наконец-то будет свой дом! – сказал он тогда обнимая её крепко…
Сначала всё действительно складывалось хорошо: Роман помогал по хозяйству; готовил завтраки сам; вечерами они гуляли или смотрели фильмы вместе…
Людмила наведывалась время от времени — приносила домашние заготовки да делилась советами насчёт мебели…
Оксана не возражала против визитов свекрови: та была обходительной женщиной…
Но постепенно разговоры Романа стали чаще касаться матери:
– Знаешь… маме тяжело одной справляться… Аренда квартиры съедает почти всю мою зарплату… Может быть… временно пригласим её к нам?
Оксана задумалась тогда всерьёз… Ведь теперь они семья… Отказать казалось жестоким…
– Ладно… пусть приезжает пока что… Вторая комната свободна…
Через неделю Людмила уже жила с ними под одной крышей — два чемодана вещей плюс коробки…
– Спасибо тебе огромное! – сказала она при встрече обнимая Оксану нежно… – Ты нас спасла…
Сначала ничего тревожного не происходило: свекровь готовила еду сама; поддерживала порядок дома; хвалила хозяйку за заботу…
Но вскоре начали появляться мелочи…
Людмила стала переставлять вещи на кухне «для удобства»; советовала покупать продукты подешевле да полезнее…
Роман соглашался:
– Мама дело говорит… Она ведь опытная женщина…
Затем пошли разговоры о деньгах…
Роман потерял работу из-за сокращения штата:
– Это ненадолго… скоро найду новую…
Оксане хватало зарплаты на всех троих…
Но Людмила начала вздыхать за ужином:
– Молодым сейчас тяжело приходится… Ипотеку бы взять вам свою наконец-то квартиру купить… А то живёте ведь как будто снимаете жильё чужое…
– Но это моя квартира вообще-то… – мягко напоминала Оксана…
– Ну конечно твоя пока что… – соглашалась свекровь со странной усмешкой… – Но ведь семья должна делиться всем поровну? Правда же скажи мне это сам Роман?
Он лишь молча кивал головой…
Прошло полгода прежде чем он устроился снова работать — но зарплата оказалась меньше прежней…
А Людмила осталась жить с ними под предлогом «пока окончательно не устроится»…
Жизнь втроём вошла в привычное русло вроде бы мирное…
Пока однажды вечером Роман не начал серьёзный разговор за кухонным столом…
Тамара Ивановна уже спала тогда за стеной комнаты…
